- Именно как скот. И дальше уже пусть убивают на здоровье. Но! Только тех, которых сами вырастили, и которые и так умерли бы во младенчестве! Никто же не заставляет вас сдавать ребёнка именно сюда. А в законе будет - только добровольно.
- Владыка, но дети... Они-то в чём виноваты?
- А в чём они виноваты, когда мать отдаёт их свиньям?
- Тогда это безгрешные младенцы, они сразу попадают на небо!
- А, в этом плане? Ну, я думаю, к тому времени дети из приюта будут растлены и духовно и физически. Ведь с ними будут заниматься сексом.
Марк оглядел притихшую аудиторию и быстренько прокрутил в памяти, что он такого только что сказал. Ну, да! А они что, думали, что маньякам просто интересно на кровушку посмотреть? Или они обалдели от того, что подобная правда была высказана вслух, принародно? Ну, извините, лгать и изворачиваться прямо сейчас нет никакого настроения!
- Ну, или учредим там должность священника, чтобы отпевал до и после... В результате, хотя мы и имеем мучения и страдания отдельно взятых детей, зато мы хотя бы будем гарантированно знать, что мучиться и страдать будут именно эти конкретные дети. А все остальные могут спать спокойно. Ну, или хотя бы почти все, ведь найдутся обязательно любители "свободной охоты". Но уже вот их-то - на кол. Потому как есть выбор, и они его сделали сами.
- Владыка, то есть, это получается - бордель с детьми? Вы хорошо подумали?
- Я? Я рассказываю вам то, что можно сделать. Есть два варианта - тот, который всем известен, и тот, который предлагаю я. А теперь предложите вы. Найдите третий вариант или как можно улучшить, изменить или просто оценить данную ситуацию. Есть и будут матери, которым по разным причинам дети не нужны, и есть (и будут) извращенцы, которые хотят с детьми сделать... всякое. Простым убийством и тех, и других ситуацию не решить. Чем плохо то, что я предлагаю?
- Но ведь ими будут торговать!
- Детьми? Хорошо, записываем, торговлю детьми запрещаем. Только те, кто непосредственно участвует в их воспитании, только те...
- Владыка, а как туда дети попадать будут?
- Хорошо, записываем. В каждом городе надо будет организовать приёмный пункт на деньги тех самых извращенцев. И чтобы любая женщина могла отнести туда ребёнка, не указывая, кто она и откуда.
- А вдруг они потом обратно захотят забрать?
- Записываю: предупреждать каждую о невозможности... необратимости её поступка. Ещё?
- Марк, неужели тебе ещё и дети понадобились?
Король недоумённо взглянул на говорившего. Герцог Ивинский смотрел, как обычно, с лёгкой насмешкой.
- Причём тут я?
- Ты ещё скажи, что ты не для себя этот вертеп разврата создаёшь.
- А если скажу?
- А скажи!
Марк внутренне подобрался и, тщательно взвешивая каждое слово, произнес:
- Данное решение не нужно мне лично. И лично я не собираюсь убивать детей ни здесь, ни где бы то ни было.
- Но разрешаешь другим?
- Разрешаю! На вышеназванных условиях. Пусть при этом не трогают остальных.
Ивинский перевёл взгляд на монаха.
- И Белый Орден молчит?
Белый Монах кивнул. Он вообще за всё время не произнёс ни слова. Только переводил взгляд с одного выступающего на другого. Марк и сам был удивлён: начиналось собрание чуть ли не с импичмента, а сейчас - абсолютно рабочее обсуждение. Он даже наклонился к Монаху:
- Это не ты?
- Что? А, нет, это не я. Это они сами. Я только поразился, как ты угадал.