– Шустро он… Наверняка уже был на полпути сюда, когда написал.
Допив виски, Лера дошла до входной двери и нажала кнопку, впустив во двор служебный «Гелендваген», который отписала Андрею, пока тот не разжился новой машиной.
Он ловко припарковался на площадке и вытащил с заднего сиденья большой букет.
– Еще немного, и я открою цветочную лавку…
После лечения Фенрир активно втянулся в привычный график работы, хоть и маячил в офисе с вечно хмурым лицом. Лера не горела желанием в очередной раз выступать психологом для разочарованного, обиженного суровой реальностью молодого агента и упорно делала вид, что не замечала его страдания.
Морок в двух словах поведал ей о сердечной драме между Андреем и президентской дочерью. Но она, как и Макс, решила никак не штрафовать и не наказывать парня, для которого все случившееся и так осталось ценным жизненным уроком.
– Привет…
Внезапная улыбка на лице Давыдова-младшего заставила Леру удивленно вскинуть брови:
– Привет.
– С днем рождения.
– Спасибо.
Они вошли в дом, и Лера взяла протянутые ей цветы.
– Я, правда, без подарка… Не придумал, что подарить той, у кого и так все есть.
– Хорошая отмазка.
Андрей сконфуженно усмехнулся:
– Ну… Могу пригласить тебя на ужин…
– Я не голодна.
Вернувшись на кухню, Лера поставила букет в свободную вазу и наполнила ее водой. Фенрир задержал взгляд на бутылке виски, ведре со льдом и одиноком пустом стакане.
– А ты… одна? Карина не дома?
– Нет. Она вернется завтра.
– М-м-м…
Лера снова присела на стул и саркастично усмехнулась:
– Твои пять минут истекли.
– Ты меня прогоняешь?
– Ты сказал, что заедешь только поздравить.
Он кивнул на запотевшую бутылку:
– Можно хотя бы тост сказать?
– Ты за рулем.
– У меня есть таблетки.
Лера пожала плечами и достала второй стакан: