– Ты издеваешься?!
– Пока что из нас двоих издеваешься ты, милая! – Поталин раздраженно рванул галстук и поднялся из-за стола.
Но Лея не собиралась сдаваться:
– Почему не кортеж? Я ведь уже ездила так к сестре! Морозов всегда организовывал мне такие поездки.
– Нет!
– Ну папа!
– Я все сказал!
– Хорошо, тогда я хочу переехать в Болгарию!
Владислав оглянулся на дочь, словно на умалишенную:
– Ты бредишь? Или что тут вообще произошло, пока я был занят?!
– А что не так?! У меня там, между прочим, родственники! Сделай мне новые документы и отпусти. Почему вся моя жизнь положена на алтарь твоей карьеры?! Ты хоть раз вообще спросил, довольна ли я своим подневольным положением?! – Лея ощущала, что ее понесло, и она вот-вот перегнет палку, но остановиться уже не могла. Глубоко запрятанная обида, нечаянно растормошенная несколькими фразами своевольного парня с татуировками, внезапно поднялась изнутри болезненным цунами.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То, о чем ты и подумал!
Отец несколько секунд пристально смотрел на нее, потом недовольно цокнул языком и набрал номер Морока.
– Слушаю.
– Денис, организуй моей внезапно взбунтовавшейся дочери кортеж до Твери и обратно в эти выходные.
– Э… Почему не вертолет?
– По кочану.
– Ясно, – Морок хмыкнул. – Значит, кортеж.
– Есть что-нибудь?
– Этот твой Водолей – крепкий орешек. Приходится по десять раз пересматривать записи, чтобы хоть что-то заметить…
Денис недовольно вздохнул:
– Он сейчас может быть вдвойне осторожным.
– Я заметил у него расширение зрачков при общении с девчонкой.
– Этого мало…
– Тембр голоса просаживается и скорость речи.
– Но сравнить не с чем. Может, у него на всех женщин такая реакция?
– Значит, нужны еще женщины. Для сравнения, – Сатир тихо хохотнул в трубку.
– Юморист…
– Ну а что? Пусть Лея пригласит к себе толпу подружек.