Ратибор. Возмездие: читать начало книги онлайн

— Какой мальчонка?.. — вожак шайки всхлипнул и деланно-непонимающе захлопал глазами. — О чём ты гутаришь, не разумею!..

— Дурковать удумал? Так ента зря, — Ратибор, многозначительно прищурившись, принялся показательно примериваться тесаком ко второй ягодице атамана. — Сейчас, пожалуй, добрый кусок мяса из тебя вырежу да воронам скормлю на твоих же моргаликах; они, знаешь ли, страсть как обожают человечину.

— Ай-яй-яй, да погодь, погодь ты! — тут же противно заверещал подранок. Память к нему явно вернулась. — Ты про этого, что ль, про Воисвета, сынка князя Годислава? Да живой он, живой, конечно! Мы же ещё не совсем ку-ку, гробить курочку, златые яйки несущую. Пуще сундучка с драгоценностями парнишку бережём, пылинки с него сдуваем всей оравой! Практически в прямом смысле! Сами впроголодь жить будем, но мальца напоим, накормим…

— Для тебя же лучше, чтобы твои слова соответствовали действительности. Где вы его держите? — Ратибор вопросительно вперился грозным взглядом в суетливо забегавшие зенки главы разбойников.

— Знамо где, — Годогост, секунду-другую подумав, тяжело вздохнул, прекрасно осознавая, что лучше сейчас говорить правду и ничего, кроме неё. Ежели, конечно, не хотелось отправиться по кускам на корм воронью. У ночного же братишки такого желания явно не имелось. — В нашем лежбище…

— Далеко оно отсюдова? — могучий ратник лениво поигрывал здоровым, острым как бритва ножом перед испуганной физиономией разбойничьего атамана, ловко перекатывая булатное лезвие между пальцами.

— Да нет, — нехотя пробулькал Годогост. — Версты полторы…

— В вашей берлоге, помимо малька, есть кто-нибудь ещё?

— Угу, — вожак душегубцев, страстно хотевший жить, без зазрения совести выкладывал всё, о чём его спрашивали. — С дюжину моих головорезов там трутся. Охраняют лагерь, мальчишку, припасы, пожитки наши какие-никакие. Мы ж в засаде всем скопом редко сидим, ибо оставлять совсем без присмотра становище как-то боязно; мало ли кто по чаще бродит… Тем более наш разведчик маякнул заранее, что путник, ну то есть ты, всего в одно жало по тракту скачет. Мы и решили, что дельце плёвое предстоит! Из лучников только Блуда взяли. Стрелок он, конечно, так себе, дык остальные ещё хуже!..

Договорить Годогосту не дали; Ратибор схватил его за шиворот, поднял, а затем, аки напроказившего щенка, не там напрудившего лужицу, сильно встряхнул, заставив звонко клацнуть зубами.

— Вот что, бормотулик, сейчас сам себе перевяжешь зад из подручных тряпок, кои сорвёшь с кого-нибудь из разбросанных рядом мертвяков, а после поковыляешь со всей возможной скоростью к вашей норе! Той самой, где высокородного юнца держите, — Ратибор не спрашивал, он говорил, как будет, и спорить с ним у ночного лиходея желания не было никакого. — И молись, чтоб с сынишкой Годислава всё было в порядке! Иначе, исходя кровавыми соплями, ты вскоре станешь умолять меня скормить тебя серым каркушам. При этом со всеми удобствами восседая на берёзовом колышке. Уяснил, кусок ослиного навоза?

— Уяснил, — тихо пискнул себе в бороду Годогост. — Почапали! Тут, как я и балакал, недалече…

Лежбище разбойников, располагавшееся возле небольшого лесного родничка, являло собой с десяток неказистых деревянных хижин, топорно обмазанных с внешней и внутренней сторон дёрном, серой глиной да покрытых сверху ельником. Примитивные постройки были одной, конусообразной формы, но разного размера. Пара-другая самых крупных хибарок могли вместить в себя, навскидку, семь-восемь человек. Если, конечно, ужаться по максимуму. Также в селении имелись примитивная кладовка с нужником да нечто наподобие кухни, представлявшее собой обложенное булыжниками костровище, располагавшееся в центре обители лиходеев. Вокруг очага стояло несколько обветшалых, грубо сработанных лавок да три убогих, кривых стола, не иначе, лишь благодаря чуду ещё не развалившихся. Оградки никакой у разбойничьего становища не имелось, не говоря уже о дозорных вышках. Караульных по периметру также не наблюдалось. Вопиющая беспечность, на пару с неслыханным разгильдяйством царили в берлоге Ночного Братства. Очевидно, головотяпы никого и ничего не боялись, похоже, считая, что ценный пленник способен уберечь их от любых напастей.

Время близилось к обеду. Рядом с тлеющими угольками очага хлопотал по хозяйству дородный малый с каштановой бородой до пупа, лет тридцати пяти на вид, степенно переворачивая вертел с коптящимся на нём, практически уже готовым, добрым румяным кабанчиком. Однако оставшиеся в селении лихие люди подгребать к столам и лавкам явно не торопились; гурьбой они застыли недалеко от места трапезы, с открытыми ртами огорошенно слушая лысого коротышку, того самого, что первым дал дёру с недавнего поля брани на Хвойном тракте. Низколобый головорез юркой ланью примчался к соратникам и, толком не отдышавшись, вдохновенно, с жаром принялся вещать ошеломлённым слушателям о том, как неудачно они сегодня сходили на разбойничий промысел.

— Да обожди, Завид, хорош тараторить! — недоверчиво прервал рассказ малорослика один из бандитов, пузатый черноволосый молодец под два метра ростом, тридцати четырёх лет от роду. — То есть ты хочешь сказать, что этот Ратибор разметал в одну харю ваши два с половиной червонца⁈ Брешешь, поди! Я, конечно, слыхал о рыжем медведе, но почитал за выдумку все енти байки!.. Ты ещё выдай, что он в шатуна обернулся прям пред вами, ха-ха! Как шепчут беззубые, поехавшие котелком бабульки на завалинке, он может!..

Стоявшие вокруг разбойники неуверенно заулыбались, не до конца уяснив сами для себя, стоит ли им верить всем тем невероятным россказням про рыжебородого богатыря, кои порой долетали до них с людской молвой.

— Смейся, смейся, Дражко! — между тем нервно огрызнулся покрасневший от гнева плешивый Завид. — Не приведи Велес тебе с ним тропками не разойтись, хы! Ибо, убеждён, Ратибор в таком случае уже из тебя беззубую старушку слепит, аки бабу снежную! Ежели, конечно, переживёшь сию встречу!.. Но по итогу в любом случае тогда уже мой черёд ржать станется!..

— Чего-чего⁈ — двухметровый верзила грубо сцапал слишком много себе сейчас позволившего сказануть недорослика за ворот рубахи. — Ты чавось такое гутаришь⁈ Давненько в лоб не получал, недомерок? Так я ента мигом исправлю! — с этими словами Дражко отвесил добрую оплеуху говорливому соратнику, мгновенно сбив того с ног на землю.

— Порву на хлебный мякиш! — пузатый громила, погрозив увесистым кулаком, свысока оглядел смущённо отводящих взоры лиходеев. Очевидно, из них он был самым сильным. — Ну что, ещё желающие есть надо мной погоготать⁈

— Есть! — наступившую тишину прервал чей-то мощный рык. Обернувшись на голос, душегубы ошарашенно уставились на вышедшего из леса огромного рыжеволосого воина, держащего за шкирку их главаря, словно драного котёнка. — Но обожди пока, пузатик. Дойдёт и до тебя очередь, — Ратибор покосился на Годогоста. — Парнишку где держите?

— Да вон в той халупке, третья слева, угловая, — атаман шайки, как мог в таком положении, неловко кивнул в сторону соответствующей хижины.

— Воисвет! — тут же прогремел очередной «медвежий» рёв. — Ты в порядке? Отзовись, малец, будь добр!

— В порядке! — спустя пару мгновений раздался приглушённый писклявый мальчишеский крик из указанной конуры. — Кто бы ты ни был, воин, вытащи меня отсель, вороти до хаты, то бишь в Мёдоград, и озолотишься!

— Чаво встали, бараны⁈ Убейте этого топтыгина!.. — сдавленно просипел между тем Годогост. После он попытался вырваться из цепкой хватки Ратибора и резко дёрнулся в сторону, разорвав на себе безрукавку. Но могучая пятерня дюжего ратника тут же опустилась ему на темечко и крепко сграбастала за нечёсаные сальные космы.

— Пожалуй, ты мне не нужен более, — вторая «медвежья» лапища взяла вожака ватаги за подбородок. — Так что пришло время с тобой распрощаться, навозник! Передавай привет всей той своре своих побратимов, которых я уже удавил на ентом свете, и трепетно мямли им, чтоб накрывали поляну поближе к нужнику: скоро я отправлю в страну теней и верховного предводителя вашей мерзопакостной гильдии, то бишь гнуса Тихомирку!

Мощный рывок, знакомый хруст шейных позвонков, и главарь местной ячейки Ночного Братства безжизненным кулём осел на землю.

— Так-с, теперича с вами, — Ратибор отряхнул лениво руки, как будто от пыли, а затем с нехорошей ухмылкой воззрился на остолбеневших от неожиданности лиходеев, в первую очередь на изумлённого Дражко. — Эй, хлебный мякиш, ты чегось там порвать собрался? Ну, окромя своих штанов, в кои гадишь где ни попадя.

— Знакомьтесь, енто Ратибор, — не удержавшись, нервозно хихикнул с земли Завид, потирая наливающийся синеватой припухлостью от удара правый глаз и отползая при этом в сторону. — Прошу любить и жаловать!.. Поди, Дражко, покажи ему, кто тутова хозяин, гы-гы-гы!

— А шо⁈ — рыхловатый бугай, хорохорясь, выпятил пузо вперёд, принял грозный вид и презрительно оглядел явно оробевших соратников. — Сейчас пойду и покажу! Это же какая слава на меня свалится после того, как я нынче отмордую самого рыжего медведя! Так что зыркайте и учитесь, недотёпы!.. Да опосля не забудьте в красках растрезвонькать по всему миру, наскока хорош в рубке ваш будущий атаман!

С этими словами Дражко, закатав рукава на своей истрёпанной, давно уж выцветшей рубахе, решительно двинулся на Ратибора. Рыжебородый богатырь был выше на полголовы минимум и куда шире в плечах, но задиристого разбойника, очевидно, не блещущего умом, сей факт, похоже, не особо смущал. Да и отступать, когда на тебя, затаив дыхание, с восхищением да надеждой глазели приятели по головотяпству, было уже поздновато.