Дверь открывается. Отступаю, когда она распахивается, на пороге стоит Леська. Отмечаю, что она, как всегда, очень красивая, хотя глаза заплаканные. Стоит, удивленно смотрит на меня, а я умираю. Он был тут с ней. Прощался. Сообщил, что уезжает, а мне даже не написал.
— Юна? — озвучивает свое удивление.
— А Стас дома? — мне уже не хочется здесь находиться, и так все понятно, но я мазохистка, должна все прочувствовать, услышать хоть какие-то объяснения. Я должна умереть в этом моменте, потому что…
Да не знаю я почему! Мне просто невыносимо больно!
— Он душ принимает, — она ведет себя в его квартире так естественно, словно является тут хозяйкой. — Ты к нему по работе?
— А ты? — не получается озвучить свои мысли…
— Я беременна, — пожимает плечами, грустно улыбаясь. — Решали, как быть, — я думала, что умру от боли, когда увидела ее в квартире Юматова, но тогда я не знала, что может быть так. Меня словно острым лезвием изнутри полосовали, а потом сбросили с высокого обрыва, я чувствую, как сейчас упаду и разобьюсь окончательно. Ноги не слушаются, а мне нужно бежать отсюда. Бежать без оглядки.
Больше никого у меня не осталась. Я одна в этом мире. Стас поселился в моей душе навсегда, но теперь он останется светлым, хоть и болезненным, воспоминанием.
Щелчок замка врывается в мое воспаленное сознание, как выстрел. Отмираю. В коридоре появляется Стас в одном полотенце вокруг бедер. Контрольный в голову и в сердце. Ловлю его взгляд, а потом разворачиваюсь и убегаю…
Глава 43
Стас
Бл@ь! Этот день когда-нибудь закончится?!
— Я правильно поняла, ты в Серебрякову влюблен? — в голосе Олеси зазвенели недовольные нотки, еще и кулаки сжала, будто собиралась устроить скандал. Только бабской необоснованной ревности мне не хватало. Нашлась мне жена! Свалим все на расшалившиеся гормоны.
— Что ты ей сказала?.. — рявкнул так, что она подпрыгнула.
— Что беременна…
— Твою мать, Леся! — хочется вытряхнуть из нее душу! Не уточнила ведь, что не знает пока, кто отец ее ребенка! В два шага оказываюсь возле гардероба, выхватываю первые попавшиеся штаны и футболку. Одеваюсь на ходу. Ноги в кроссовки. Хватаю телефон и ключи с комода.
— Стас, подожди, ты куда?.. — несется в спину.
— Захлопни дверь, когда будешь уходить. Результаты анализов пришлешь на почту. Появится возможность, просмотрю. Вернусь из командировки, будем решать, — не обернувшись.
Надеваю футболку, пока бегу вниз по лестнице. В дверях сталкиваюсь с соседкой, которая, не глядя вперед, выговаривает недовольным голосом:
— Сумасшедшая! Выронила телефон и даже не остановилась, — трясет в руках знакомую трубку.
Да твою!..
— Куда побежала девушка? — забираю из ее рук мобильный, она не успевает стиснуть пальцы.
— Туда, — указывает направление в сторону дороги. Хреново, если успеет прыгнуть в маршрутку. На машине будет дольше, потому что двор заставлен, не разгонишься. Еще и мелюзга бегает постоянно. Срываюсь, бегу. Успеваю поймать недовольный вздох соседки, сопровождаемый оскорблениями: — Кобель! Одна под дверями сидит, ревет, вторая утекает.
Бегаю я быстрее Юны. Вижу на остановке ее хрупкую фигурку. Растерянная, нервная. Оглядывается, видит меня… твою мать! Дергается, будто я ее обидчик. Мне остается немного, но она прыгает в маршрутку, которая стоит на остановке. Та отъезжает, а я даже номер не успеваю разглядеть. Останавливаюсь, выругавшись под нос. Зарывшись пятерней в волосы, сжимаю голову. На остановке интересуюсь, какая маршрутка только что отъехала, слышу три разные версии. Разворачиваюсь и бегом обратно за машиной. Звонок мобильного телефона отдает вибрацией в руке. Экран покрыт паутиной трещин, но звонок принять могу:
— Юна, я уже подъехал, стою у подъезда, — голос командира звучит легко и непринужденно, а меня подрывает.
— Яр, нахуя такие сюрпризы? Ты предупредить не мог? — срываюсь на друге.
— Объяснись? — закипает командир. На «гражданке» мы можем себе позволить не соблюдать субординацию, но так я с ним еще не разговаривал.
Одно дело знать, что произошел фатальный пздц, другое дело — озвучивать то, что случилось за последний час. Прыгаю в тачку, излагаю коротко и по сути, что за подставу он мне устроил. Теперь и он матерится, между строк охреневает, как я влип.
— Стас, тебя явно кто-то проклял, — вроде полушутя, но, как говорится, в каждой шутке… Военные народ суеверный. — Сейчас хакера попрошу камеры посмотреть, хоть узнаем, по какому маршруту она двинула, — не заостряет внимание на ерунде, принимается тут же решать проблему.
Не получилось отдохнуть и перекусить, прокатался почти до пяти вечера в поисках Юны. Всех подняли и подключили к поискам, пока по беглянке результатов нет. У Гаранина ее тоже нет, нам бы уже доложили.