В комнате переодеваюсь в удобный домашний костюм, намочив полотенце в холодной воде, прикладываю к месту удара. В руках телефон, который утром передал мне Стас. Не обращаю внимания на тошноту, подкатившую к горлу, со мной так бывает, когда я сильно нервничаю. Этот день можно смело заносить в тройку самых плохих дней.
Если отец уволит Юматова, не представляю, что со мной будет. Я давно стараюсь не привязываться к людям, все хорошее из моей жизни бесследно исчезает. К Стасу я не просто привязалась, он мне нравится. Я тону в его теплом заботливом взгляде. Он может быть резким, жестким, опасным, но, когда мне плохо, в его глазах вспыхивают частички тепла, которые окутывают меня спокойствием. Я знаю, что рядом с ним мне ничего не грозит.
Каждую минуту кошусь на телефон, жду, когда он оживет. Время словно стоит на месте. Отбрасываю на комод нагретое теплом кожи полотенце. Нужно было бы приложить лед, но я боюсь столкнуться внизу с отцом.
До момента, когда телефон издал короткий гудок, прошло почти полчаса.
«Не выходи пока из комнаты», — короткое сообщение совсем не успокаивает.
«Он уволил тебя?» — руки дрожат, попадаю не на те буквы.
«Нет», — мне хочется знать подробности. Вроде нужно успокоиться, но я еще больше тревожусь. Выглядываю в окно. Друзья Стаса не сошли с места. Они о чем-то негромко переговариваются, почти не размыкая губ.
«Юна, делай вид, что не замечаешь меня, это очень важно», — приходит чуть позже сообщение. Я не уточняю, для чего — и так понятно, что отец заметил мою симпатию к Стасу. Становится страшно, что он предпримет. Вряд ли пустит на самотек.
Остаток дня проходит спокойно, отец не выходит из кабинета. Подозреваю, уснул пьяным прямо там на диване. Со Стасом мы встречаемся в кухне, когда я спускаюсь выпить кофе. Он ведет себя сдержанно, мы всего лишь несколько раз встречаемся взглядами, хотя я провожу на кухне минут двадцать. Мы сидим за один столом, он обедает, я пью кофе.
— Мне нужно знать, во сколько мы выезжаем, чтобы подать машину и обезопасить маршрут, — сообщает сухо, не отрываясь от еды. Если кто-то посмотрит со стороны, не заметит в его взгляде теплоты, но я ощущаю его молчаливую поддержку.
— Я уточню у Игоря и вам сообщу, — так же сухо. Мне кажется, я вижу одобрение в его глазах.
Тщательно готовлюсь к ужину с друзьями Гаранина, ловя себя на мысли, что стараюсь для Стаса. На него хочу произвести впечатление. Хочу чувствовать на себе обжигающий взгляд этого мужчины, пока буду играть роль счастливой невесты перед незнакомыми людьми. Ухо, по которому пришелся удар, до сих пор красное, поэтому волосы оставляю распущенными. Неяркий макияж подчеркивает природные данные. Надеваю коктейльное приталенное платье чуть ниже колен. Босоножки на высоком каблуке.
Стас встречает во дворе. Жду реакции, но ее нет. Лицо спокойное, невозмутимое. Лишь кадык резко дернулся, когда я вышла на крыльцо. Алексей за рулем, дверь мне открывает один из новых охранников, которых нанял отец после покушения на меня. Выезжаем не сразу, ждем разрешения. Как я поняла, команды еще не было. Стас садится рядом с водителем, возле меня парень, которого они называют «Лис».
Всю дорогу я нервничаю. То ли боюсь очередного нападения, то ли мне неспокойно, оттого что рядом со мной не Юматов. В какой-то момент я замечаю, что мы едем не в ресторан. Заброшенная промзона. Ни одного фонаря вокруг.
— Куда мы едем? — голос сипит от страха. Я не понимаю, что происходит. Смотрю на профиль Стаса, хочу услышать ответ именно от него, но отвечает Леша. — Вы меня похищаете? Зачем? — сердце готово проломить грудь.
— Никаких вопросов…
Глава 24
Юна
«Никаких вопросов?» — истерично бьется в голове. Стас напряжен. Я чувствую это каждой клеткой кожи. Они все напряжены. Когда мы отъезжали от дома, я не придала значения, что меня посадили в новую машину. Бронированный внедорожник, на котором я ездила в последние дни, выехал первым из ворот. Какое-то время мы двигались за ним, а потом резко сменили направление. Мужчины вели себя уверено и спокойно, и я не придала этому значения. А может, стоило?
«Что происходит?» — хочется кричать, требовать объяснений, но я даже дышать не могу. Мне кажется, что мое сердце бьется так громко, что этот стук слышат все.
— Юна, оставь свой мобильный в машине, — подает голос Стас. Я привыкла ему доверять, но сейчас в моей голове рой неприятных мыслей. Мое доверие трескается, осыпается мелкими осколками к ногам.
— Зачем? — выдыхаю, потому что голос пропадает. Сжимаю колени пальцами, ногти впиваются в кожу, но я не чувствую боли.
— Доверься, — не обернувшись. Одно слово — и мне становится легче дышать. Я могла бы посмотреть на Лиса, увидеть ответы на его лице, он сидит рядом, но я продолжаю пялиться на суровый профиль Юматова. Успокоившись немного, начинаю анализировать происходящее. Стас не смотрит на меня не потому, что задумал что-то плохое, он всю дорогу напряжен, держит под контролем периметр вокруг нас. С кем-то параллельно переписывается, только сейчас придаю значение гарнитуре в ухе. Все это время он с кем-то общался. Почему молча? Я не знаю ответ на этот вопрос.
— Юна, телефон, — напоминает он. Вздрагиваю.
— Ах, да, — достаю мобильный из клатча, передаю в протянутую ладонь Лиса.
Мой мобильный начинает вибрировать, следом раздается негромкий современный рингтон. На дисплее имя моего жениха. Оглядываюсь, словно могу увидеть его машину, преследующую нас. Натягиваюсь, как струна. Я ведь должна уже быть в ресторане. Такой выходки Гаранин мне не простит. А я даже не знаю, что происходит.
— Кто? — интересуется Стас.
— Гаранин, — бросает Лис, крутя в руках мой мобильный.
— Вырубай, — мелодия еще продолжает играть. Лис сбрасывает звонок, отключает телефон. Страшно представить, что со мной сделает отец, когда я вернусь домой…
— Второй мобильный тоже оставлять? — интересуюсь, когда немного прихожу в себя. Телефон спрятан в скрытом кармане. Не могу объяснить себе, зачем взяла его с собой. Не нужно долго думать, чтобы понять. Телефон, который дал Стас — его забота и защита, а мне от этого трудно отказываться.