– Они просто не привыкли видеть тебя. Настоящую тебя, – сказала Ланселетта, усаживаясь рядом. Очевидно, извинений от нее не дождаться. – Они знают, что ты чаще общаешься с нами, чем с королем, но, во имя Трех сестер, почему ты всегда прячешься под этим капюшоном?
Я прикусила язык, чтобы не продолжать спор. И не собиралась снова надевать капюшон, чтобы не показать слабость ни Ланселетте, ни Кейросу Дравену. Моя серая коса казалась мучительно тяжелой. Я старалась не думать о своей внешности.
Старая ворона, как сказал Флориан.
Двадцатилетняя девушка с волосами, которые делают ее похожей на старуху. Но какая разница? Вскоре я все равно стану жрицей в храме Трех сестер и дам обет безбрачия.
Я украдкой выглянула из-за плеча Ланселетты. Кейрос Дравен занял место у стойки. Он был один. Перед ним уже стоял кубок, из которого он медленно пил, не глядя в зал. И уж точно не на меня.
В очередной раз я оказалась недостойна его внимания.
Я снова повернулась к друзьям и взяла кувшин, чтобы наполнить стоящую перед собой кружку.
– О, она будет пить с нами! – радостно воскликнула Ланселетта.
– Где твоя подруга? – спросила я, поднося кружку к губам. К счастью, сегодня мне не нужно принимать лекарство, иначе алкоголь и отвар убили бы меня.
– Мы больше не дружим. – Ланселетта пожала плечами.
– Да? – Я подняла брови.
Ланселетта ухмыльнулась:
– Ну, я познакомилась с другой.
– О, Три сестры, хватит уже, Ланселетта, – простонал Галахад. – Ты никому не хранишь верность дольше недели. Что же это такое?
– Но речь ведь о любви, а не о верности, – парировала она. – Мы молоды. Так и должно быть. – Ее взгляд стал многозначительным. – Для всех нас.
– У Галахада все по-другому, – напомнила я. – Он собирается принести обет.
– Собирается, но еще не принес. Он мог бы насладиться жизнью, если бы захотел. Никто ему не запрещает.
– А я не хочу, – отмахнулся Галахад, делая глоток из кружки. – И поверьте, я вполне счастлив, приняв это решение. Моя преданность богиням абсолютна и беспрекословна.
Ланселетта с отвращением тряхнула головой:
– Будешь верен трем бестелесным женщинам. Помню времена, в которые тебя бы это не утроило.
– Они не нужны мне для жизни. У меня другие приоритеты.
– Ты хочешь сказать, что служение богиням будет тебя греть по ночам? Что это лучше, чем теплое молодое тело рядом? – настаивала Ланселетта, не желая уступать. – Да ты с ума сошел!
Я неловко заерзала на скамье.
Ланселетта оставила Галахада в покое и вновь набросилась на меня:
– А ты? У тебя нет оправдания. Ты можешь делать все что угодно. По крайней мере, до…
– Да, до… – ответила я, встретив ее взгляд. – В чем смысл, если у нас не будет будущего?
Подруга на мгновение замолчала, глядя на меня в недоумении.
– При чем тут будущее? Моргана, не будь наивной. Ночь в постели с красивым мужчиной – это не про будущее, а про сейчас. Попробуй хоть раз, а потом расскажи мне, в чем смысл.
– Думаю, Моргана обеспокоена чувствами… – тихо сказал Галахад.
– Ну и как-нибудь потом разберется, – пожала плечами Ланселетта. – Не конец света.