Снежный вечер…
— Прекрасно, Линь Мэй. Кто ещё?
— Много ль проку в слезах,
что бисерной россыпью капель
увлажняют рукав?
Гоню печальные мысли.
Любуюсь полной луной, — проговорила девица с четвертого ряда, терявшаяся в тени.
Неожиданно подняла руку и Сюань.
— Как будто аромат душистой сливы
Мне сохранили эти рукава,
Лишь аромат…
Но не вернется тот,
Кого люблю, о ком тоскую…
— Молодец, Сюань, у тебя хорошо получается. Думаю, на будущий год ты войдешь в Общество поэтов Сиреневой Беседки…
В глазах Цзиньчана просветлело. Он снова оказался в комнате и задумался. Общество поэтов Сиреневой Беседки? Цзиньчан с Бяньфу были там однажды. Стихи лились рекой, как слезы разочарованного чиновника, не получившего повышения, а поэты соревновались в метафорах, словно павлины, меряющиеся хвостами перед кучей ослепленных куриц. Поэты обсуждали тонкости спектра лунного света и оттенки увядающих хризантем, и под конец Бяньфу пришлось здорово пихнуть его в бок, чтобы разбудить…
______________________
[1] Дань- 50 кг
Глава 22. Стратагема 李代桃僵. Пожертвуй сливой, чтобы спасти персик
Если не обойтись без потерь.
пожертвуй слабой позицией,
чтобы укрепить сильную.
Однако теперь Цзиньчан подлинно возликовал. Картинка, которую он только что видел, была действительно полной и четкой. Проступили слова, звуки и даже запахи!
— Это просто чудо! Я понял! «Глаза Будды» — это сокровище, которое дает обладателю власть над временем и пространством. Это не контроль над событиями, но возможность видеть будущее и прошлое! Я словно сам был там!
— Ты видел, что хотел? — Бяньфу выглядел совсем больным.
— Практически, да. Всё именно так, как рассказывала Чжэнь. А что с тобой?
— Из меня точно душу вынули. Даже после боев на турнире я не чувствовал себя таким измотанным.
Цзиньчан напрягся.
— Почему так? Неужели за прозрение надо платить? Но я в порядке.
— Не знаю. Пойду, лягу, — и Бяньфу, шатаясь, направился к себе.
— Отдохни, а завтра попробуем увидеть убийство Сюань и Исиня. Если получится — ничего больше и не потребуется. Мы узнаем его!