— Как практично, — она подошла к нему, сев на подлокотник. — Но звёзды ведь не светят ярче от того, что ты их видишь. Они просто… есть. Как смысл.
— Смысл? — Пол провёл рукой по её спине, ощущая мурашки под шёлком. — Сильные создают правила. Слабые ищут оправдания и смысл.
Вика замерла, её губы в сантиметре от его уха:
— А если правила это иллюзия? Как твои миллионы, которые сгорят за секунду, если рухнет биржа?
Он резко обернулся, поймав её за талию:
— Ты говоришь, как нищая студентка, но пахнешь деньгами. Противоречиво, Вика.
— Я пахну твоими деньгами, — она улыбнулась, целуя его в уголок губ. — Но это не ответ. В чём твой смысл, Пол? Власть? Контроль?
— В победе, — его пальцы впились в её кожу. — В том, чтобы всегда быть первым. Что бы менять мир!
— Как скучно, — она выскользнула из объятий, подходя к борту. — Быть первым в гонке, где финиш это могила. Ты напоминаешь мне одного банкира… Он коллекционировал антиквариат, но умер от инфаркта, так и не разобрав, фальшивый у него Рембрандт или нет.
Пол встал, медленно приближаясь:
— Ты хочешь сказать, что я пуст?
— Я говорю, что ты боишься пустоты, — Вика обернулась, её глаза блестели, как лезвия. — Поэтому окружаешь себя цифрами и думаешь, что они не предают.
Он резко прижал её к перилам, яхта качнулась:
— А ты? Твоя игра в загадки, что это? Поиск смысла?
— О, милый, — она коснулась его губ кончиком пальца. — Разве хищница признаётся, что голодна?
— Голод можно утолить, — он схватил её запястье. — Я предлагаю тебе сказать мне напрямую, чего ты хочешь.
— Прямо как в бизнесе? — Вика рассмеялась. — Но я не продаюсь. Я… инвестирую.
— Во что?
— В будущее, — она вырвалась, поправляя платье. — Ты же знаешь, что удачные инвестиции требуют терпения.
Пол молча наблюдал, как она спускается в каюту. Его пальцы машинально сжали планшет, которой чуть не треснул от напряжения.
Солнце палило так, будто решило выжечь все тени из этого мира. Яхта, белоснежная и надменная, рассекала волны, оставляя за кормой пенную дорожку, похожую на след кометы. Пол стоял у штурвала в белоснежной рубашке, расстёгнутой до третьей пуговицы, его загорелые пальцы сжимали бокал шампанского. Вика, облокотившись на ограждение, ловила ветер распущенными волосами. Её платье трепетало, словно пытаясь улететь.
— Знаешь, — начал Пол, не отрывая взгляда от горизонта, — я часто думаю о том, как много несправедливости в этом мире.
Вика приподнялась на локте, внимательно глядя на своего собеседника. Его лицо, освещенное солнечными лучами, казалось особенно одухотворенным.
— Мне кажется, что деньги — это не просто цифры в банке. Это инструмент, который может изменить мир к лучшему.
Он ненадолго замолчал, словно собираясь с мыслями.
— Представь, — продолжил Пол, — если бы каждый человек имел доступ к качественному образованию, независимо от места рождения или социального статуса. Если бы голод перестал быть проблемой, потому что мы научились бы более эффективно распределять ресурсы.
Вика улыбнулась, глядя на то, как загораются его глаза при этих словах.
— Ты читаешь мои мысли, — воскликнула она.
— Мы поменяем мир, — ответил с воодушевлением Пол. — Мы разработали новую децентрализованную систему управления, где каждый сможет реализовать свой потенциал, независимо от того, родился ли он в трущобах или в особняке. Наши алгоритмы демонстрируют беспрецедентное улучшение социальных взаимодействий. Мы оптимизируем все процессы, избавимся от денег и построим новое общество, где все люди будут счастливы.
Он отложил штурвал и подошёл к Вике, присаживаясь рядом.