Вот это дело!
Форт-Массак, который вроде бы только что маячил вдали, словно деревянный исполин, внезапно вырос перед нами во всей красе со своим частоколом с облупившимися остатками коры на толстых дубовых брёвнах и башнями с торчащими в амбразурах стволами пулемётов. На одной из башен мелькнул и пропал яркий блик — бинокль или оптический прицел.
Колонна, ожидая открытия ворот, сильно замедлила ход.
— Назад стреляй! Подавляй! Дино… — рявкнул я, но в тот момент из-за стен опять рванули длинные пулемётные очереди.
Позади послышался вой — на этот раз не койотов, а человеческий. И это был уже не боевой клич. У, суки…
Когда «Апач» проехал через ворота форта, Дино приоткрыл дверь и успел оглянуться, я последовал его примеру. Пыль поднималась в воздухе, словно призрак того хаоса, который только что творился на дороге.
Оказавшись внутри крепости, кто-то, может, и почувствовал невероятное облегчение, но тревога не отпускала меня — что-то подсказывало: это далеко не конец испытаний.
Глава 16
Путь на север
— Ты ведь не шутишь, старина, они реально русские? — в привычной американцам хамоватой манере показывая на нас указательным пальцем, уточнил у старшины конвоя Капитан Райан Дудак, бог, царь и комендант гарнизона цитадели Форт-Массак.
— Русские, русские, — покладисто согласился я, ответив за старшину конвоя. — Натуральные, из самой России.
— Поверить не могу… Американский конвой охраняет русский SPETCNAZ? — предельно удивился этот долговязый сорокалетний офицер с непропорционально крупной головой и лошадиным лицом.
— Ты не ослышался, Райан, всё так и есть, — улыбнулся старшина.
— Джерри! — неожиданно заорал во всё горло капитан Дудак, поворачивая голову в сторону, — Джерри, дьявол тебя возьми!
Стоявший неподалёку сержант средних лет, что-то настоятельно втолковывающий двум бойцам, встрепенулся и быстро зашагал к начальству.
— Джерри! Ты не поверишь! Наконец-то я выиграл в рулетку, поставив на красное! Всю жизнь только и слышал со всех сторон: «Русские идут! Русские идут!». И вот, это сбылось, они уже здесь!
Сержант что-то невнятно пробубнил в роскошные усы и пожал плечами.
— Во мне тоже течет славянская кровь, ведь мой отец был чистокровным поляком! И он говорил по-польски! — похвастался Райан Дудак с высоты своего более чем двухметрового роста, опять поворачиваясь к нам.
— Jestem z Rosji. Tej stolik jest wolny? — неожиданно произнёс Дино.
Я икнул.
— Да-да-да! Я слышу настоящие польские слова, ровно так и говорил покойный папенька! — опять возбудился капитан, засовывая большие пальцы под чуть прослабленный ремень, на котором висела кобура с торчащей из него перламутровой рукоятью тяжёлого револьвера. Неужели «Миротворец»?
— Господи, Бернадино, что такое ты ему сказал? — тихо спросил я.
— «Я из России. Этот столик свободен?», — так же негромко ответил юный полиглот. — Больше ничего по-польски не знаю.
— Ну, ты даёшь…
Тут к служивым подбежал не менее возбуждённый солдат с винтовкой на плече, ещё издали начавший показывать большой палец.
— Все байки под ремонт! — торопливо доложил он. — Но восстановить их будет несложно.
— А сколько скальпов, Генри? — поинтересовался Дудак.
— Семь, сэр, тела мы только что подтащили к дороге. Троих кроу усыпили пулемётчики на башнях, а четверых застрелил он! — Генри указал на завсегдатая варшавских уличных кофе.
— О! Отличная работа, юноша! — похвалил капитан.
— Мой сын! Его зовут Дино, — похвастался я, не желая остаться в стороне.
— Вот как? — капитан пристальней посмотрел на Бернадино и задумчиво добавил: