Ба-бах!
Ого! Это уже ближе!
Наконец-то в одном из дворов испуганно затявкала вышедшая из оцепенения собака, раздались истеричные женские голоса и детский плач.
— Обстрел⁈ — крикнул я, неизвестно у кого спрашивая.
После этого удара мы, как по команде, рефлекторно развернулись лицом к морю и, естественно, ничего не увидели, кроме каменной стены.
— Посмотрю! — азартно крикнул сынуля, молнией бросаясь к высокой белой ограде с явным намерением лихо взлететь наверх.
Идиот малолетний!
— Колючка! — рявкнул я.
Трахома, никогда не видел, чтобы человек менял траекторию движения в прыжке! Успев убрать ладони, которые должны были вот-вот упасть на шипы колючей проволоки, которую он сам же и натягивал, оболтус Дино немыслимым образом извернулся спиной к ограде и более-менее удачно приземлился на четыре точки.
А вот это будет уже совсем близко!
— Берегись! — крикнула Селезнёва.
Ба-бах!
Что-то зловеще просвистело над головой, разрывая воздух, словно шрапнель, выпущенная из адской машины. Я опять невольно пригнулся, а затем вообще упал, всем телом ощущая, как следущая секунда может стать последней.
Хватит!
— В дом! Все быстро в дом! — крикнул я, поднимаясь на ноги и помогая подняться Екатерине Матвеевне. — Нужно укрыться за стенами! Женщины, вы остаётесь на первом этаже!
Прошлёпав босыми ногами по ступенькам, я быстро взлетел по лестнице на второй этаж и сразу ринулся к окну…
Внизу, в бухте, где-то в семи сотнях метров от внешней изогнутой линии барьерного острова Сейбр, то есть там, где начиналось мелководье, стоял большой парусник.
И что? Эта шхуна обстреливает город? Но как?
Очередной прилёт, и ниже по склону, через улицу от резиденции, над домами заклубилось облачко белого дыма. Уже второе, сбоку от нас тоже крепко дымило, но уже чёрным.
— Ох, это же дом Синтии горит… — простонал Дино.
Часть исторических строений Додж-Сити досталась американцам по наследству, в комплекте поставки селективного кластера, так сказать. Примерно половина из них — это типичные фахверковые дома в колониальном стиле Новой Англии.
Примерно треть предоставленных Смотрящими жилых каменных домов типична для юга Италии, ну и немного домов греческого типа, в архитектуре которых сильно чувствуется венецианское влияние. Такие дома и дворы, как мне сказала Магда, со стороны моря отделаны камнем, если они стоят не далее ста пятидесяти метров от берега, соль не так сильно будет разрушать штукатурку.
Все остальные строения — разномастный новодел с широким использованием местного дерева. Два таких дома, стоявших по соседству, горели так, что чёрный шлейф, стелившийся по переулку, целиком скрыл ещё и половину улицы, оставив видимыми только верхушки крыш.
Стая испуганных морских птиц, поднявшаяся со склонов высоких скалистых берегов, с пронзительными криками кружила в голубом небе.
Ни я, ни непокорная Селезнёва, ошалевшими глазами заглядывающая через моё плечо, ни Дино, хмуро оценивающий оперативную обстановку в красивой бухте с идеально спокойной водой, не понимали, что происходит. Но это непонимание продолжалось недолго — до той поры, как яркий английский флаг быстро скользнул вверх по флагштоку грот-мачты и нагло затрепетал над синевой бухты.
Кое-кому всё сразу стало понятно.
— Пираты! — истошно закричала Магда. Страх и недоверие смешались в голосе нашей хозяйки. — Это британские пираты, они опять явились!
Пираты!
— Но это недопустимо! Не может быть! — воскликнула Екатерина Матвеевна, которая тоже не вняла моему распоряжению. Лицо её резко побледнело, приняв землистый оттенок, но уже через миг страх из глаз начальницы исчез, они вспыхнули гневом. Дино с пониманием глянул на неё и хмыкнул, в злости скаля зубы.
— Вот чего не может быть, так это ротных миномётов… — с не меньшей злостью возразил я. — А они есть!