Коротко, без замаха, я врезал снизу в челюсть сержанту. Громко клацнув зубами он как подрубленный грохнул на пол.
Почему я не вспомнил об этом случае раньше? Ведь можно было бы как-то предотвратить этот кошмар для бедняги больным энурезом. Хотя как? Я не знал ни его имени, ни фамилии, да и лица его в тот раз я не запомнил, как и не видел самого прыжка. Событие повторилось, но несколько в другом варианте. С чем это связано? Пока что я всё делаю так же, как и тогда. Ну, может совсем чуть-чуть не так. Поднял на смех майора, что ещё? Вроде и всё. Неужели даже такая малость влияет на весь ход событий? А каких событий? Только тех, что происходят со мной? Или цепляют и тех, кто рядом? А может влияние распространяется и дальше? Как круги на воде? Вот этого я не знаю... И что это значит? Нужно быть осторожным и стараться идти "след в след" по прошлым поступкам или - наоборот, как можно сильнее всё перебаламутить? Вопрос... Но, полный хаос как-то не привлекает. Может дальнейшие события подскажут лучший способ проживания этой действительности, а пока без особой надобности не буду совершать совсем уж иррациональные поступки.
В тот же день старшина оркестра прапорщик Слатвинский забрал нас троих сразу после завтрака и отвёл в небольшую комнату на этом же этаже.
- Будете жить теперь здесь, пока не закончите курс молодого бойца. - сказал он. - Сейчас мы займёмся наведением порядка.
" Интересно, это из-за утреннего происшествия?" - подумал я.
Комната была пустая и можно было подумать, что протиранием окна и помывкой пола всё и ограничится, но старшина всё делал на совесть.
- Кто-нибудь из вас знаком с натиркой полов? - спросил прапорщик, доставая из сумки газетный свёрток.
Мы дружно замотали головами.
- Я и слова-то такого не слышал. - пожал плечами Жека Мордасов.
- Ну, вот сейчас и освоите профессии полотеров. - сказал прапорщик, разворачивая газету. - Какие вы музыканты посмотрим позже, а пока - разбирайте!
В свёртке оказались куски обыкновенного оконного стекла.
- И что с ними делать? - Малов повертел в руках кусок.
- Берёте стекло и ребром сдираете всё что имеется на досках: грязь, краску и даже верхний слой дерева. - объяснил старшина. - Ну-ка, Любимов, ты, я вижу самый шустрый - пробуй!
Как же помню эту процедуру. Я присел на корточки и спокойно стал скрести доску.
- Ну, вот, ничего трудного! - довольно протянул прапорщик. - Присоединяйтесь! - кивнул он Мордасову и Малову. - А я пока пойду узнаю насчёт кроватей.
Он вышел, а мы принялись за работу. Время от времени приходилось менять стёкла, так как режущая кромка довольно быстро тупилась и переставала нормально скоблить. А вскоре пришлось разбивать куски стекла на более мелкие, чтобы получить новую режущую поверхность.
- Ой, бля! - зашипел вдруг Малов и замотал рукой. Несколько капель крови упало на пол.
- Малов, ну ты что ж так не осторожно?- осклабился Жека. - Нас же сегодня проверять дирижёр будет, а ты как играть-то раненый сможешь? Хотя, о чём это я? - хлопнул он себя по лбу, как будто только что вспомнил. - Ты же не музыкант, ты - балерун!
Малов ошалело уставился на него, не зная как реагировать. Я же только усмехнулся, помятуя, что Жека был неутомимый шутник и постоянно донимал всех своими приколами, не взирая на субординацию.
- А может ты и по танцам не того, - продолжил Женька. - Не очень, в смысле. Тогда тебе нужно было ногу порезать, чтобы дирижёр проверить тебя не смог, а там потом ещё чего-нибудь придумаешь.
- Да иди ты! - продолжая нянчить руку скривился несчастный Малов.
Вскоре вернулся прапорщик, увидел рану Малова и повел его в мед.пункт.
- Вот сачок! - восхитился Женька.
- Да ладно тебе, - усмехнулся я. - Это ещё только начало, привыкай!
Жека слегка удивился, но не нашелся что ответить.
До обеда мы закончили кустарную циклевку и даже успели промазать полы красной морилкой. И комната сразу преобразилась! Казалось, что полы сделаны из драгоценного красного дерева.
- Красота! - восхищённо крутанул головой Женя.
- Красота будет завтра, когда натрём мастикой. - ответил прапорщик. Работа ему наша пришлась явно по вкусу.
- После обеда сразу идите сюда и ждите меня. Я отведу вас в студию на прослушивание.
Мы согласно закивали.