Кошмарное преступление в курятнике: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В наступившей мертвой тишине особенно зловеще прозвучали слова Гепарда:

— Снявши голову, по хвостам не плачут.

— Вот именно! — подхватил Кашалот. — Друзья, все вы знаете Человека. Это самый молодой член нашей семьи и, надо отдать ему должное, самый одаренный. Но, к сожалению, он отделился и отдалился от нас, поставил себя над нами. И вот, пока мы благодушествовали и смотрели на его проделки сквозь ласты…

— Сквозь плавники! — дополнил Удильщик, и его примеру последовали другие, выкрикивая:

— Сквозь крылья!

— Сквозь клешни!

— Сквозь щупальца!

— Сквозь копыта!

— Сквозь пальцы!

— Пока, повторяю, мы смотрели сквозь всё перечисленное, — продолжал Кашалот, — произошел случай, который должен был бы всех нас насторожить… Встаньте, Тюлень, и доложите высокому собранию, что там вышло с вашим ухом.

Последние слова Кашалота повергли делегатов в недоумение, а Рак пробурчал:

— Как, еще одно ухо? У кого, наконец, украли ухо — у Медузы или у Тюленя?

— У обоих, — был ответ. — И не только у них: люди бесцеремонно присвоили уже немало изобретений Природы. Но кража уха у Медузы — это последняя капля, переполнившая чашу нашего терпения. А первой каплей был случай с ухом Тюленя. Об этом зловещем событии должны знать все! Говорите, Тюлень.

Разлегшийся на берегу Тюлень почесал ластом голову и нехотя приподнялся.

— Да чего тут говорить-то, — пробормотал он. — Нашего брата всяк норовит облапошить. Подплывет, к примеру, Белый Медведь втихаря ко льдине, к самому краю, и лапой ка-ак…

— Я вас о чем просил рассказать? — сердито перебил Кашалот. — О том, как люди похитили конструкцию вашего уха, а не о ваших запутанных отношениях с Белым Медведем!

— Люди, значит. Насчет уха… — Тюлень задумался, затем встрепенулся: — Точно, было дело! Лежу это я себе на бережку, никого не трогаю… вдруг подходит Человек и наклоняется над самым что ни есть над моим ухом… И стал он в моем ухе чего-то высматривать и вымеривать и записывать все, что высмотрел и вымерил, в такую махонькую книжечку…

Рассказ был неожиданно прерван озорной частушкой, которую спела сидевшая на суку и до этой минуты молчавшая Сова:

Тюлень в этот момент о чем-то глубоко задумался и никак не прореагировал на частушку.

— Эх, не сообразил я тогда, — произнес он наконец с сожалением. — Надо было с него, с Человека, значит, рыбки за это взять… А мне-то и невдомек, — я, Тюлень, животное неприметное, образования, само собой, никакого…

— Тюлень, говорите по существу, — прервал его Кашалот.

— По существу, значит, так: ежели бы я тогда сообразил за каждое ухо по сотне рыбок взять, за два уха сколько бы получилось?

Кашалот был возмущен до глубины души:

— В этот роковой час думать о своем желудке?! Тюлень, лишаю вас слова! Я закончу за него. Незадолго до происшествия, о котором поведал этот жалкий, равнодушный к судьбам не только сограждан, но и к своей собственной обыватель, люди сделали гидрофон…

— А что это такое? — Удильщик даже изогнул удочку в форме вопросительного знака. — Видите ли, у нас, в глубинке…

— Опять вы оправдываетесь, — Кашалот недовольно поморщился. — Я же вам сказал, что положение в глубинке мне хорошо известно — я ныряю туда чуть ли не ежедневно. Необходимые разъяснения даст… — он оглядел собравшихся и остановил взгляд на небольшой рыбке с желтой спинкой и розоватым брюшком — … даст эксперт по гидрофонам Морской Карась.

— Черноморский Морской Карась, — уточнил эксперт, — он же Ласкирь, он же, если угодно, Дипло́дус аннула́рис. — Морской Карась откашлялся и типичным лекторским тоном, слегка картавя, прочел небольшую лекцию: