14-я танковая дивизия. 1940-1945: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В ночь на 13 ноября совершенно неожиданно ударил сильный мороз. Завязшие в раскисшей почве танки, бронемашины и другие транспортные средства так прочно вмерзли в землю, что лишь с большим трудом с помощью тягачей их удалось вытащить из замерзшей грязи. Так для нас началась русская зима!

План заключался в том, чтобы нанести неожиданный удар по высоте южнее реки Тузлов во фланг вражеских позиций и с тыла, затем продвинуться сначала на восток, а потом повернуть на юг и атаковать Ростов. Из-за лютого холода и ледяного ветра 14 и 15 ноября атака была перенесена на 16 ноября, однако ее удалось провести только 17 ноября.

Танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», которой был подчинен 4-й танковый полк 13-й танковой дивизии, и 14-я танковая дивизия прорвали вражескую оборону и вышли во фланг и в тыл противника. Группа фон Фалькенштейна (совместно с 1-м батальоном 103-го мотопехотного полка) ворвалась с севера на Генеральский мост у села Генеральского, а мотопехотная бригада (совместно с 2-м батальоном 36-го танкового полка) вечером, еще до наступления темноты, захватила свой первый объект атаки — село Большие Салы. В ходе боя было взято большое число пленных и уничтожено много вражеских танков. Но и дивизия понесла тяжелые потери, в частности, погиб командир 1-го батальона 103-го мотопехотного полка.

Однако 18 ноября атака не была продолжена, так как в течение всего дня противник атаковал село Большие Салы с юга, юго-востока и юго-запада. При этом было уничтожено 17 вражеских танков, а в качестве трофеев захвачено 36 орудий, 2 зенитки и 2 противотанковые пушки и много другой военной техники и боеприпасов. Большое количество красноармейцев попало в плен. 19 ноября удалось продолжить атаку, и противник был отброшен на юг. К вечеру первые танки группы Йессера вышли на северную окраину Ростова, однако, натолкнувшись на ожесточенное сопротивление русских танков, были вынуждены занять круговую оборону на окраине города. В этом бою снова было подбито 12 вражеских бронемашин, среди них — несколько тяжелых и сверхтяжелых. И на правом фланге, где наступала танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», завязалось ожесточенное сражение.

20 ноября в 8 часов утра последовала новая атака на северную окраину Ростова, в ходе которой передовые части смогли к обеду проникнуть в северную часть города. Завязались тяжелые уличные бои при непрерывных налетах вражеской авиации. Огнем наших зениток было сбито три вражеских бомбардировщика. После того как 21 ноября атака была продолжена и наши танки прорвались в центр города, за ними последовали 108-й мотопехотный полк и 64-й мотоциклетный батальон, которые в ходе стремительной атаки сумели захватить мост через Дон. 22 ноября 1941 года Ростов был взят.

Глава 5.

ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БОИ И БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ ЗИМОЙ 1941/42 ГОДА

Из-за неожиданного появления крупных вражеских сил на нашем северном фланге ситуация изменилась коренным образом. Это сделало необходимым проведение немедленной перегруппировки наших войск на рубеже реки Тузлов. Мы также были вынуждены подготовить к взрыву мосты через Дон. Уже 23 ноября противник начал наступление крупными силами на село Слобода с северо-востока. В ответ в бой были тотчас брошены наши пикирующие бомбардировщики.

В период с 24 по 26 ноября противник продолжил свои мощные атаки, причем в некоторых местах ему удалось вклиниться в наши редкие оборонительные линии: нам пришлось оставить села Генеральское и Буденный. Три дня и три ночи в лютый мороз наши войска, не имевшие никакого зимнего обмундирования, лежали в чистом поле, находясь в непосредственном соприкосновении с противником и не имея возможности оборудовать свои позиции. В последующие дни положение не изменилось к лучшему. Противник продолжал яростно атаковать, а нам приходилось в ходе контратак отбрасывать его назад. Несмотря на собачий холод и постоянное нервное напряжение, бойцы нашей дивизии сражались великолепно, хотя у командования не было никакой возможности сменить их на передовой. Потери с обеих сторон были чрезвычайно большими. Бойцы дивизии особенно страдали от обморожений (до 80 обморожений всех степеней в день!). Наконец, 28 ноября в результате ввода в бой 13-й танковой дивизии удалось провести сокращение линии фронта. 1 декабря был подготовлен отвод линии фронта на рубеж реки Миус, который был успешно осуществлен 2 декабря. Позиция, занятая на реке Миус, стала для дивизии ее зимней позицией, пока 29 января 1942 года она не получила новое задание.

На зимней позиции на реке Миус

На лютом холоде и пронизывающем ветру бойцы дивизии неустанно трудились над оборудованием нового рубежа обороны. 24 января 1942 года прибыли первые подразделения переброшенной из Крыма 73-й пехотной дивизии, которая должна была принять участок фронта нашей дивизии, чтобы высвободить ее для поддержки соседней 17-й армии, которая вела тяжелые бои. Там, юго-восточнее Харькова, с обеих сторон от города Изюм, противнику удалось осуществить глубокий прорыв, расширение которого до района важного железнодорожного узла Лозовая грозило окружением наших войск, находившихся южнее места прорыва. Поэтому в полночь 22 января 1942 года был поднят по тревоге батальон особого назначения Грамса. 25 января батальон был собран в станице Успенской для отправки по железной дороге в город Харцызск под Макеевкой.

Маневренные бои зимой 1941/42 года

29 января 1942 года дивизия была подчинена группе Макензена, образованной на базе 3-го танкового корпуса. Эта группа получила задание, атакуя из района Сталино (Донецк), остановить вражеский прорыв, произошедший под Изюмом с общим направлением наступления на юго-запад. Затем группа Макензена должна была контрударом отбросить противника назад. К этому моменту противник уже оказался в опасной близости от жизненно важной железнодорожной линии Днепропетровск — Сталино, так как для 17-й армии и для 1-й танковой армии это была единственная железнодорожная коммуникация.

Повсюду фронт представлял собой редкую линию охранения, состоявшую из немногочисленных населенных пунктов, наспех переоборудованных в опорные пункты. В этих опорных пунктах занимали оборону в основном строительные части и подразделения тыловых служб.

В Сталино было подготовлено достаточное количество саней, так как передвигаться другим способом по глубокому снегу и заснеженным шоссе и проселочным дорогам было просто невозможно.

После того как 30 января были отражены все попытки русских прощупать нашу оборону, день 31 января принес нам первый большой успех. Первый промежуточный объект наступления, село Криворожье, был занят ударной группой Хубе, составленной из подразделений 14-й танковой дивизии, 16-й танковой дивизии и 100-й легкой пехотной дивизии. Ударная группа Колермана, состоявшая сначала только из подразделений 60-го танкового батальона и строительных частей, вновь заняла стратегически важную позицию из-за ее расположения у главной коммуникации село Петропавловка. Благодаря этому ударная группа Колермана создала себе исходную базу для атаки в направлении села Александровка.

2 февраля еще одна ударная группа Санне, составленная из остальных подразделений 100-й легкой пехотной дивизии и 14-й танковой дивизии, а также из воинских частей хорватов и валлонцев Леона Дегреля, которые сражались просто отменно, зыбила противника из села Анновка, которое ранее было захвачено прорвавшимися подразделениями русских. В этот же день ударная группа Хубе заняла село Спасско-Михайловка.

Буран — ледяной восточный ветер, бушевавший уже целую неделю, — становился с каждым днем все сильнее и в конце концов превратился в настоящий ураган. Всю неделю держались сильные морозы. Метровые снежные заносы крайне затрудняли передвижение, и каждый шаг давался нашим бойцам с огромным трудом.

В следующем разделе этой главы, где описываются боевые действия батальона особого назначения Грамса, в увлекательной форме рассказывается об этих трудностях.

Когда рано утром 6 февраля группа Хубе снова пошла в наступление, ее атака натолкнулась на ответную вражескую контратаку, проведенную широким фронтом. Тем не менее нашим войскам удалось продвинуться вперед, и поздно вечером они заняли село Иверское. 7 и 8 февраля были успешно отражены повторные советские атаки с большими потерями для противника, а группа Колермана заняла 8 февраля село Александрополь.

9 февраля поступило сообщение, что главнокомандующий группой армий «Юг» передал в ставку Верховного главнокомандования, что «ударные группы под общим командованием генерала от кавалерии фон Макензена действовали в последних боях выше всяких похвал». Это свидетельствовало о признании высоких достижений бойцов и их командиров!

В последующие дни удалось добиться новых впечатляющих успехов. Но потом наступила оттепель, которая сделала все дороги непроезжими, а ручьи превратила в бурные реки. Любые перемещения войск становились почти невозможными из-за непролазной грязи и паводковых вод.

Тем не менее утром 11 февраля наступление возобновилось: еще в первой половине дня группа Хубе заняла Александровку, а группа Санне захватила расположенную южнее Беззаботовку. Группа Колермана вышла слева в район речки Гнилушки. 12 февраля ударные группы Хубе и Колермана наконец соединились, в то время как группа Санне продолжала зачистку населенных пунктов в долине реки Самары. 15 февраля пали Громовая Балка, Варваровка и Елизаветовка, а 16 февраля были взяты Очеретино и Федоровка.

Но 20 февраля на широком участке фронта русские неожиданно начали крупномасштабное контрнаступление значительно превосходящими силами и с применением большого количества танков. Это контрнаступление удалось остановить лишь с огромным трудом и в тяжелейших боях. Было очевидно, что главный удар русских направлен на Александровку. В ожесточенном бою группе Хубе удалось удержать широко раскинувшееся на берегу Самары село и высоту к северу от него. При этом группе Хубе были временно подчинены передовые части 1-й горнострелковой дивизии, которая была уже на подходе. С 20 по 22 февраля ударная группа Колермана вела ожесточенный бой за овладение селом Петровка, которое к вечеру 22 февраля уже прочно находилось в наших руках.

25 февраля началась подготовка к продолжению сражения, которое было запланировано на 1 марта. Для этого 1-я горнострелковая дивизия была выдвинута слева от группы Хубе. Однако 28 февраля русские начали наступление крупными силами на позиции группы Санне и, бросив в бой танки, глубоко вклинились в наше расположение. Русские возобновили свои атаки и против наших соседей слева. Зато на участке фронта перед группой Хубе атаки пошли на убыль. До 25 марта на фронте царило затишье: начало весны при пяти градусах мороза! Наконец 25 марта повсеместно началось таяние снегов, а вместе с этим наступил и период весенней распутицы. Зима закончилась!

Батальон особого назначения Грамса

После тяжелой осады Ростова в начале декабря 1941 года на фронте воцарилось относительное затишье, причем следует отметить, что 40-й танковый разведывательный батальон под командованием обер-лейтенанта Венца храбро сражался, постоянно находясь в арьергарде дивизии. Во время этого недолгого затишья 6 декабря командованию дивизии удалось вручить бойцам батальона около пятидесяти Железных крестов. Это произошло в селе Покровском на реке Миус, где действующие части 14-й танковой дивизии теснились в сырых, холодных помещениях для временного размещения большого количества людей, в которых было полным-полно вшей и клопов. Это оказались помещения казарменного типа, в которых бойцы дивизии были избавлены по крайней мере от необходимости самостоятельно добывать дрова, чтобы согреться. Надо было что-то делать, чтобы избавить усталых бойцов от охватившей их апатии. Тогда было решено устроить в помещении железнодорожного вокзала своеобразный дивизионный дом отдыха, куда можно было бы отправлять на диспансеризацию отдельных бойцов. Руководил этим заведением обер-лейтенант Шаммлер.

После окончания периода осенней распутицы позиционные бои начались в лютый холод. Снабжение действующих частей оставляло желать лучшего. Личный состав страдал от дизентерии и обморожений, так как не было зимнего обмундирования. Недостаток транспорта вынуждал нас выпекать хлеб в солдатских котелках. Резервы с трудом «наскребались по сусекам». Так, например, 1-я рота 103-го мотопехотного полка под командованием обер-лейтенанта Креля до утра 25 декабря 1941 года занимала позицию на реке Миус, а 26 декабря вместе с истребительно-противотанковой ротой обер-лейтенанта Гейнца Нойендорфа была прикомандирована к батальону Цюрна в качестве корпусного резерва. Этот батальон Цюрна состоял из подразделений 13-й и 14-й танковых дивизий и 60-й пехотной дивизии (моторизованной) и дислоцировался в селе Анастасьевка в качестве моторизованного ударного резерва позади итальянцев.

В районе действия 14-й танковой дивизии на рубеже реки Миус 108-й мотопехотный полк должен был держать оборону на участке фронта протяженностью три километра. А боевая численность рот, если они не были уже объединены, составляла всего лишь 20–30 бойцов! На всех выпадала огромная нагрузка, с которой бойцы тем не менее справлялись. Так, например, сверхштатные орудийные расчеты и экипажи 4-го танкового артиллерийского полка были сведены в так называемые артиллерийские роты и сражались как обычные пехотинцы! Порой ни один танк не находился в боевой готовности!

В полночь 22 января 1942 года командир 40-го танкового разведывательного батальона капитан Грамс приказом об объявлении тревоги был назначен командиром «батальона особого назначения Грамса» (БОНГ). Этот БОНГ состоял из 1-й роты 103-го мотопехотного полка (обер-лейтенант Крель), 8-й роты 108-го мотопехотного полка (обер-лейтенант Рем), 5-й роты 64-го мотоциклетного батальона (обер-лейтенант Германн), одной батареи 4-го танкового артиллерийского полка (обер-лейтенант Штайнингер), одной роты 4-го истребительно-противотанкового дивизиона (лейтенант Гейнц Нойендорф) и штаба 64-го мотоциклетного батальона (адъютант лейтенант фон Штиглитц).