— У меня есть дар. Нежеланный. Давным-давно я пытался избавиться от него.
— Яго, я спрашивала не об этом. Я знаю, что у тебя есть Дар. Иначе как мы, по-твоему, разговариваем?
Как и всегда, она оставалась спокойна и миролюбива, но от ее понимающей интонации у него по коже поползли мурашки.
— Что за ребенок имеет право говорить о подобных вещах с таким знанием?
— Я наблюдаю. Я слушаю. Неудивительно, что тебе так больно. Ты правда пытаешься прогнать Дар?
— Пытался. И на какое-то время мне удалось.
— Его нельзя прогнать. Попытки вредят мозгу, сердцу и душе.
— Я был готов рискнуть, Альтани.
— Но почему?
— Те из моих братьев, кто наделен шестым чувством, опустошены и ожесточены, они постоянно поражены меланхолией. Они не ведут Легион Повелителей Ночи. Они не в состоянии его вести — их беда делает их чересчур скорбными и ненадежными. Так что я предпочел похоронить этот дар, а не позволить ему разрастаться. Мой отец и его визири помогли изолировать его. Я надеялся, что он сгниет, не будучи используемым.
— Понимаю. А вместо этого он убивает тебя.
— Есть смерти и хуже этой.
«Уж тебе-то следовало бы знать», — подумал он, не высказав мысль вслух. Мертвые не любят, когда им напоминают, что они мертвы.
— Яго, сегодня твой голос звучит… иначе. Боль сильнее, чем прежде?
— Да, но твой голос облегчает ее. О чем ты хотела поговорить?
— У меня есть вопросы. Кто такой Принц Воронья?
Севатар сделал вдох, позволяя ее голосу омывать его разум так же, как мрак оглаживал его тело. Ее слова гасили разрушительное пламя, гулявшее по его мыслям. Ни один из мертвых голосов в его снах не делал такого. Никто другой не приносил облегчения.
— Ты вытащила это имя из моей головы, малышка?
— Нет. Ты произносил его в последний раз, когда боль была ужасна. Громко стонал. Кто такой Принц Воронья?
— Это я. Так меня называют братья.
— Что такое ворона?
— Ты задаешь страннейшие вопросы.
Севатар закрыл глаза и помассировал саднящие веки окровавленными кончиками больших пальцев.
— Ворона — это… На какой планете ты родилась?
— На Терре. Но Первый Легион забрал меня, когда я была очень маленькой.
— А, одна из Землерожденных. Честь для меня. Раз ты с Терры, полагаю, тебе известно, что такое птица.
— Да. Я видела их в книжках. Ворона — это такая птица?
— С черными перьями и темными глазами. Она кормится телами мертвых и издает грубое хриплое карканье.
— Почему ты — принц птиц?
Из пересохшей глотки раздался очередной смешок. Севатар прислонил голову к силовому полю, чувствуя, как вибрация от его злого гудения расходится по затылку.