Как и Максим, казах был тяжёлым пулемётчиком и тоже ждал нового назначения временно маринуясь в «отстойнике». Два брата-пулемётчика издалека узнают друг друга не хуже пресловутых рыбаков. На этой почве и сошлись изначально. Максим рассказал, как участвовал в отражении атаки мастодонтов и выбирался из напущенного ими зелёного тумана. Казах поведал про то как оборонял артиллерию от эльфийских диверсантов.
-Я за ними пулемёт не успевал поворачивать как резво бегают, -жаловался он и качал головой. -Близко их подпускать никак нельзя, а издалека фиг попадёшь. И это почти в идеальных условиях, веришь, нет?
-Артиллеристов-то защитили? -спросил Максим.
-Э-э-э, так не было артиллеристов.
-Как не было?
-Так, ловушка была. Пустили слух. Макеты поставили. Хотели ловить поганцев как глупую птицу, только та птица зубастой оказалось.
-Подожди, -не понял Максим. -Через кого пустили слухи про артиллерию что они до эльфов дошли?
-Через местных, конечно, -удивился казах. -Думаешь, у остроухих среди них шпионов нет? Ещё как есть. Какой-нибудь заражённый, кто руки перед едой не мыл или всякую непонятную воду непонятно откуда пить не брезговал поймал червяка и тот теперь им командует. Жил такой человек на откосицу и продолжает жить, не пытаясь даже приближаться к охраняемым объектам чтобы его там не просветили и червяка внутри не нашли. Откуда эльфы половину всего про нас знают? От таких вот бедолаг кто руки не мыл или жрал всякую гадость не глядя.
-Так как ловушка? Захлопнулась?
-Только непонятно это мы их поймали или они нас, -не согласился казах.
-Но ты ведь жив, -резонно заметил Кузнецов.
-Это потому, что минами со всех сторон обложился как уличный пёс блохами, -поведал казах. -Если кто будет смеяться или спрашивать «зачем тебе столько мин, ты ведь пулемётчик» - не слушай его. Бери всегда столько, сколько сможешь и ещё чуточку сверху.
-Тоже так делаю, -признался Максим.
-Поэтому мы с тобой оба до сих пор и живые.
-Ты ещё дробовик при себе держи, -посоветовал Максим. -Он на близких дистанциях самое то. Оружие последнего шанса.
-Да был у меня дробовик, пришлось отдать, -признался казах.
-Как так?
-Робомул захромал. Я за запчастями, а мне говорят: нет, запчастей, все в России-матушке остались. Пришлось отдавать дробовик вроде как в подарок чтобы нужные запчасти сразу нашлись. Но робомул для пулемётчика важнее. Мне вместо него двух бразильцев предлагали за мной пулемёт носить, но сам понимаешь.
Максим спросил: -Хороший был дробовик?
-Хороший, -вздохнул казах. -Я, если генералом когда-нибудь стану, обязательно впишу в устав, чтобы дробовики считались частью обязательного снаряжения для пулемётчиков и их бы вместе со всем остальным выдавали и не приходилось бы самому доставать.
-И чтобы хорошие были, -поддакнул Максим. -Дадут, как всегда, какую-нибудь дрянь.
-Это непременно, -заверил казах. -И чтобы сигарет больше было. Нормальных, а не местных горлодёрок.
-Скорей бы ты стал генералом, -пожелал Максим и засмеялся. Казах подхватил. Так они сидели и смеялись, а вокруг была она – война.
Война и полная неопределённость будущего человечества как вида.
…
Решение включить в состав экспедиции из шести человек одного гоблина многим казалось спорным, но оправдалось на все сто процентов. Относительно самого Кости так на все сто пятьдесят. Неприятно осознавать себя самым слабым членом команды, балластом вынуждающим других соизмерять свои возможности и приспосабливаться к тебе потому, что именно ты самое слабое звено и тянешь команду на дно.
Ладно, пусть не на дно и не особенно-то тянешь. Однако Костя оставался полностью уверен, что без него самого команда могла бы двигаться раза в полтора быстрее.
С другой стороны гоблин, без них всех, наверное, мог бы идти быстрее не в полтора, а в добрых два раза. Поэтому кто тут балласт – вопрос дискуссионный и очень даже относительный. Эйнштейну бы понравилось.
Эх, навесить бы на этого Эйнштейна хороший бронник, да вместе с забитой под дальний поход разгрузкой, да с автоматом в руках. И чтобы тащил всё на себе по сильно пересечённой местности, а конкретно по инопланетному лесу, где деревья растут с квадратными листьями. Вот это было бы относительно.