Рай-1: читать начало книги онлайн

– Это все вам, – сказал Шмидт и отошел в сторону.

Внимание Петровой привлекло новое движение – в другой пещере, затем еще в одной. Отовсюду появлялись люди, и все они были грязными и одичавшими. Они хватали упаковки из общей кучи и мчались обратно к своим пещерам, словно боялись, что кто-нибудь отберет. Упаковки они разрывали зубами, зачерпывали еду пальцами и отправляли в рот, половину размазывая по лицам и бородам. И все это с таким облегчением, словно их морили голодом и эта пища – лучшее, что они пробовали в жизни. Петрова понятия не имела, что происходит. Настало время получить ответы.

– Шмидт, – крикнула она, поднимаясь во весь рост, – руки вверх!

Он вздрогнул, но в этот раз не бросился на нее как бык.

– Джейсон Шмидт, вы арестованы. Отойдите назад. Лицом к стене, – приказала она. Он покачал головой. Руки он все же поднял, но не для того, чтобы продемонстрировать отсутствие оружия, – казалось, он молит ее о чем-то. Выглядело так, словно он вот-вот упадет на колени и станет взывать о пощаде.

Ей нужны были ответы. Ей нужно было понять, что происходит.

– Эй, – обратилась она к ближайшему дикарю. Тот был занят тем, что вылизывал внутренности третьей по счету упаковки. – Этот человек держит вас в плену? Вам требуется помощь?

Мужчина – во всяком случае у него была борода – посмотрел на нее так, словно впервые заметил. Он выронил упаковку с едой и заковылял в сторону Петровой, его руки судорожно шарили в воздухе, пальцы будто хватали что-то. Петрова невольно отступила на шаг, когда мужчина приблизился. Он издавал звуки, мало похожие на слова – скорее на неразборчивые слоги, лишенные всякого смысла.

– Вам нужна помощь? – спросила Петрова. – Вы просите о помощи?

– Он не может, – сказал Шмидт. Она погрозила ему пистолетом, и Шмидт замолчал, повыше подняв руки.

Мужчина подошел к Петровой вплотную и схватил за руку. Она вырвалась. Он потянулся к ее голове, но она отпрянула. Тогда он схватился за прикрепленный сбоку шлема фонарик, издав громкий горловой звук, разбрызгивая слюну. Петрова с силой оттолкнула мужчину от себя.

Кто-то из дикарей зашипел, как змея. Все жертвы Шмидта разом залопотали, издавая неразборчивые звуки и обрывки слов.

– Что происходит? – спросила Петрова. – Что вы с ними сделали?

Нашла ли она тех, кого посчитали без вести пропавшими? Она предположила, что Шмидт убивал своих жертв, но, по всей видимости, он оставлял их в живых, держал в плену…

Сейчас эти люди неуклюже приближались к ней, нелепо размахивая дрожащими руками, цепляясь друг за друга, издавая бессвязные звуки.

Ф. Кр. Ла.

Они хватали ее за руки, за ноги. Петрова отскочила назад, высвобождаясь, да они и не особенно ее удерживали. Сейчас она могла хорошенько их рассмотреть – изможденные, бледные, – но их было много.

– Назад! – сказала она. – Не подходите! Служба надзора!

– Они не понимают! – крикнул Шмидт.

Шмидт! Когда на нее стала наступать толпа, она потеряла его из виду, а сейчас заметила, как он, все еще с поднятыми руками, отходит к коридору, ведущему к шлюзу.

Одна из его жертв зарычала, слабо колотя кулаками по спине Петровой; голос звучал все громче, пока не сорвался на визг, похожий на собачий. Петрова оттолкнула существо, возможно, сильнее, чем следовало. Страх внутри нее нарастал. Она боялась этих несчастных.

Ситуацию надо брать под контроль, поняла она. Шмидт почти добрался до коридора. Она настигла его и ударила по затылку рукояткой пистолета.

– Лежать! Не двигайся, ублюдок! – прикрикнула Петрова, двинула Шмидту еще раз, и он повалился на пол. – Что ты сделал?

Шмидт попытался подняться, и она снова его ударила.

– Что ты с ними сделал?

Он перекатился на спину и закрыл лицо руками. Она услышала его всхлипы. Какого черта?!

Она достала из поясной сумки пару автоматических наручников. Быстрым движением перевернула Шмидта, прижала к бетонному полу, поднесла к его рукам наручники, и они ожили, обернув толстые пластиковые щупальца вокруг запястий. Шмидт не пытался сопротивляться.

– Слава богу, – простонал он. – Спасибо вам.

– О чем вы, черт возьми?

– Все закончилось, – ответил он. – Наконец-то все закончилось.