— Не стоит благодарности. Честно говоря, это было больше для меня, чем для тебя. Мой дракон был в шаге от того, чтобы сделать то же самое, — объясняет он, сокращая расстояние между нами. В ту секунду, когда он оказывается на расстоянии вытянутой руки, он заключает меня в объятия, крепко сжимая для пущей убедительности, прежде чем снова отпустить.
— Ну что, мы готовы к занятиям? — Спрашивает Броуди, когда звенит звонок, отвечая за меня.
Не говоря ни слова, мы впятером направляемся внутрь, через заполненные студентами коридоры, направляясь к классу истории. Беспорядок в столовой привлекает ко мне несколько настороженных взглядов окружающих, когда мы проходим мимо, но, к счастью, никто не говорит ничего, что могло бы меня разозлить. Или, что более важно, мою волчицу.
В тот момент, когда я вхожу внутрь, моя спина напрягается при виде Вэлли в первом ряду, но, по крайней мере, сейчас моя волчица не на первом плане. Заняв свое место, Крилл усаживается по правую сторону от меня, а Броуди — по левую, устраивая меня между собой, когда профессор поворачивается лицом к классу.
Ее глаза на мгновение останавливаются на моих, в них мелькает намек на удивление по поводу моего прихода, но она быстро избавляется от него, тасуя стопку бумаг и обращаясь ко всем.
— Доброе утро, студенты. Надеюсь, у всех вас было приятное начало дня. Мы собираемся провести следующий урок, обсуждая, как возник Совет. — Ее улыбка становится шире, и я не могу сказать, какая часть предложения заинтриговала ее. Нравится ли ей Совет, или она просто любительница истории?
Хрен знает, если я знаю, но мне больше не нужны сюрпризы.
Перестань все переосмысливать, Адди.
Еще раз глубоко вздохнув, я заставляю себя отвлечься и сосредоточиться на профессоре. Мои глаза следят за ее руками, отмечая, насколько оживленной она становится, когда говорит. Мне требуется мгновение, чтобы понять, что я не улавливаю ни единого ее слова.
Черт.
Снова выдыхая, я стараюсь сильнее.
— Народ проголосовал за Совет, избрали демократию, которую утвердили все истоки, — объясняет она, когда перед ней появляется проекция. Она символизирует каждое происхождение и цвета, которые мы носим, медленно вращаясь как сфера между ее руками. — Каждый исток выбрал своего собственного представителя, и ни один из них не изменился за это время.
— В этом нет смысла. Чья это была идея? — кричит кто-то с заднего ряда, но я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть. Эта мысль запускает что-то в моем мозгу, заставляя меня оглянуться направо, где пустуют места Флоры и Арло.
Черт.
Я была так увлечена драмой Вэлли, что забыла связаться с ними.
Рука Крилла ложится мне на бедро, привлекая мое внимание к себе. Он, похоже, чувствует мое беспокойство, потому что сжимает мою руку и подносит губы к уху: — Мы разберемся.
Я киваю, но неуверенность не рассеивается. Мой пульс грохочет в ушах, когда я снова сосредотачиваюсь на профессоре, пытаясь слушать, что она говорит. — Для некоторых это не имеет смысла, и у многих разные мнения по этому вопросу, но я думаю, что меня больше всего удивляет то, что никогда не рассматривалось возможность найти новых представителей; «Академия Наследника» была единственным вариантом, который рассматривали.
Меня это тоже удивляет.
— Сейчас борьба за власть обостряется с каждым днем, вот почему вопрос об академии вообще рассматривался. Поразительные результаты перевесили решение о продолжении работы Совета. Как вы думаете, почему Совет согласился на это, если их собирались отстранить от власти? — спрашивает она, обводя взглядом комнату, пока Броуди откашливается рядом со мной.
— Они не соглашались на это. — Все взгляды обращены в его сторону, когда он ерзает на своем стуле.
— Они не соглашались? — повторяет профессор, наклоняя голову, чтобы он продолжил.
— Мой отец объяснил мне это, — говорит он, пожимая плечами, как будто пытается отвлечь внимание от себя, но вместо этого, кажется, что он еще больше привлекает всеобщее внимание.
— И что же он объяснил?
Губы Броуди поджимаются, в уголках его глаз мелькает намек на раздражение, когда воздух прорезает пронзительный голос Вэлли.
— Что ж, мой папочка, да упокоится его душа, — усмехается она, бросая на меня свирепый взгляд через плечо, прежде чем снова повернуться к учителю. — Сказал мне, что голосование было организовано народом. Что те, кто голосовал, не имели на это права, так что на самом деле нас здесь не должно быть, и мы должны быть благодарны, что они не решили убить нас всех в качестве примера вместо того, чтобы дать нам возможность учиться в академии. — Она откидывается на спинку стула, скрещивает руки на груди с самодовольным выражением лица, оставляя меня в полном замешательстве.
Осознание, которое я испытала ранее насчет убийства, вдруг кажется бессмысленным, когда я сверлю взглядом затылок ее головы.
— Это, должно быть, самое хреновое дерьмо из вампирских отпрысков Совета, которое я когда-либо слышал, — бормочет Крилл себе под нос, и я не могу сдержать смешок, который вырывается из моего живота.
К счастью, шум поднимаю не я одна, так что дополнительных взглядов я не заслужила.
— Спасибо вам за это мнение, мисс Драммер, — говорит профессор, откашливаясь и махая рукой остальным членам класса. — Что остальные из вас думают о Совете и о том, как возникла академия?
— Я думаю, что слишком долго этим королевством управляло достаточно жаждущих власти людей. Кто-то без особых способностей в качестве наследника создал бы самое безопасное окружение, обеспечив равенство для всех и предотвратив дальнейшее разложение магии.