— Выглядишь не старше девятнадцати, — заявляет Франсин.
— Также как и ты, — врет Шейн. На вид девахе далеко за тридцатник.
— Это просто слова.
— Нет, это правда.
Уголок рта Франсин ползет вверх.
— Ты считаешь меня привлекательной?
Ее темные волосы растрепаны, лицо немного опухло и покраснело. Хоть она и выглядит старше своего возраста, она весьма привлекательна. Этого нельзя отрицать. Не говоря уже о ее теле.
— Несомненно, — отвечает Шейн. — Конечно, ты привлекательна.
Другой уголок ее рта дрогнул вверх.
— Ты тоже ничего. Я так рада твоему приходу. Я чувствовала себя настолько подавленной, что ты просто не поверишь.
— Для меня этот вечер тоже не был замечательным.
— Наверное, отчасти виновата и я, да?
— Ну, что ж, ничего страшного.
Она делает еще глоток, затем ставит свой бокал на стол.
— Прости, что накричала на тебя. Она наклоняется чуть ближе. Шейн чувствует ласкающее прикосновение пальцев Франсин на своем затылке.
— Сможешь ли ты меня простить?
— Конечно. Без проблем. Но мне лучше…
Шейн ощущает другую ее руку, влажную и холодную после бокала у себя на бедре.
— Разве это не приятно? Приятно и прохладно?
— Послушай, Франсин…
— У тебя такие чудесные голубые глаза.
— У меня столько дел сегодня вечером. Мне нужно вернуться к своей работе.
— Тебе? Ты серьезно?
Рука ползет выше, кончики пальцев скользят под спортивные шорты.
— Эй!
Рука ретировалась. Глядя в глаза, Франсин произносит:
— Ты хочешь меня. Знаю ведь, хочешь.
— Не хочу. Честное слово. Но, всё равно спасибо.
В глазах женщины отражается боль.
Боль. Одиночество. Отчаяние.