— Вполне. Таковы мои требования. Выставляй биться любого члена рода или дружинника, с нашей стороны я буду биться сам.
— Ты в своём уме, идиот⁈ — заревел он. — Что ты можешь поставить, чтобы уравнять ставку ты, мышь храмовая⁈
Я почувствовал, что начинаю улыбаться под своей милой маской из черепа половецкого хана.
— Его, — ответил я, указав пальцем на Ивана. — Я ставлю весь род Бессмертных. Ну, принимаешь? Или портки обтрухал?
Глава 11
В зал вбежали дружинники Завойских, но, увидев, что драки нет и идут переговоры, они молча оцепили комнату.
Глава рода Завойских будто бы и не обратил на них внимания. Он замер с открытым ртом. Я почувствовал, как этот здоровяк невольно направил дополнительную энергию себе в мозг, чтобы быстрее просчитать варианты.
Краем глаза я следил за Иваном, стоявшим рядом со мной. Граф Бессмертный дёрнулся после моих слов, но практически сразу невозмутимо выпятил грудь и поднял подбородок. Молодец, братишка. Сказал, что доверяет мне переговоры, и теперь не вмешивается.
А вот другие представители нашего рода откровенно в шоке. Закованный в цепи Илья таращился на меня во все глаза. Его взгляд был изумлённым и противоречивым. Юноша будто бы кричал: «Да! Так его, дядя!» и в то же время вопил: «Нет, дядя! Не повторяй моей глупой ошибки!»
Григорий, покорно стоявший позади ныне пустой табуретки, превратился в мраморную статую и будто бы забыл, как дышать. А вот графиня Марья, сперва недоумевающе пялившаяся то на меня, то на мужа, сейчас встала чуть позади Ивана и взяла его за руку.
— Отец, надо соглашаться! — не выдержал наследник Завойских и вскочил со своего кресла.
Фигурой он был похож на главу своего рода, разве что не такой широкий и мускулистый — не успел ещё набрать массы.
— Да, папа, — подскочила к главе Завойских фифа в чёрной плиссированной юбке и белоснежной сорочке, — соглашайся! Ты сломаешь этого наглого выскочку как осиновую ветку!
Обняв своего могучего отца за пояс, она уставилась на меня, как благородная дева на раздавленного лошадью гоблина.
Глава Завойских хмуро посмотрел на Ивана и спросил:
— Ты в самом деле позволишь своему брату поставить тебя и твой род будто какую-то бордельную игрушку, граф?
Иван дёрнул губой, а потом твёрдо ответил:
— Заткнись и принимай ставку.
Барон хмыкнул, а затем громко рассмеялся:
— Ха-ха-ха! Так уж и быть! Я, Николай Олегович Завойский, глава рода Завойских, принимаю ставку Константина Бессмертного, хоть и считаю, что вы просите больше, чем ставите. Но я пойду на это — торговаться с нищими ниже моего достоинства. Я сражусь с тобой, Бессмертный! — Сверкнув глазами, он уставился на меня. — Но только после того, как всё оформим надлежащим образом. Вы фактически дарите мне титул, новую недвижимость и кабальных слуг. Разумеется, я не могу позволить вам после поражения сдать назад и сказать, что ничего не было.
Всё его семейство, включая жену, до сих пор молчавшую и не оторвавшую зад с
— Секундочку подожди, Коля, — поднял я руку.
— Что, уже струсил? — фыркнула баронская дочка. — А гонору-то было, пустомеля!
Я покачал головой и осуждающе посмотрел на неё.
— Какая невоспитанная девица. Барон, давай запишем ещё в бонус отхлестать её розгами по голой заднице, а? И предоставить доказательство наказания, разумеется!
— Что ты только что сказал? — прошипел Завойский-старший.
— А ты уже боишься проиграть? — хмыкнул я. — Так я как раз и хотел сказать, что бумаги нужны не для того, чтобы вас обезопасить. А чтобы вы сами потом от ворот разворот не устроили. Подтверждение договорённостей ведь именно для нас нужно. Мы — старый графский род с богатой историей. Нам верят на слово — слово мы держим. А кто такие Завойские? Я о вас вообще только сегодня услышал, после того как твой отпрыск… как его? Петька? Пашка? Неважно. В общем, пока он не решил себе имя сделать за счёт нашей Алёнушки, я даже и не знал, что есть такие люди — Завойские, и они дышат с нами одним воздухом.
— Да как ты смеешь так говорить про наш род, нищий пёс, цепляющийся за былое величие! — не выдержала наконец-то мать баронского семейства и поднялась с дивана.
— Не усугубляй, баронесса, — хмыкнул я. — А то придётся и твой зад с розгами в договор вписывать.
— Т-т-ты! — прорычала она и, громко топнув, повернулась к мужу. — Коля, я позвоню отцу. Уверена, он с радостью выступит секундантом с нашей стороны. Дождёмся, пока наши высокородные оппоненты найдут того, кто готов замарать имя своего рода, выступив на их стороне. — Ехидно улыбаясь, она покосилась на чету Бессмертных, а затем, снова повернувшись к мужу, припечатала: — И тогда размажь этого пустомелю, который даже не смеет показать своё лицо, когда вызывает аристократа на дуэль.