— Опять мои бредовые фантазии, — сказал Молдер, запустив перемотку. Долгое время озеро, которое полностью входило в кадр, оставалось неподвижным.
Скалли нетерпеливо сидела рядом, барабаня пальцами по столу.
— Смотри! Смотри! — Молдер коснулся плеча напарницы и указал на экран. Потом лихорадочно схватил пульт и отмотал запись обратно.
Скалли наконец-то соизволила заинтересоваться. Запись, которую Молдер пустил повторно, изображала поверхность озера, над которой вздымалась гладкая спина земноводного. Спина медленно повернулась, ушла под воду. Затем над водой показалась голова, похожая на голову ящерицы, только более зубастая. Раздался всплеск. Какое-то время по воде стали расходиться круги.
— Прекрасный монталс, — устало сказала Скалли, — Ты это от меня хочешь услышать?
Молдер оторвал глаза от изображения.
— Я верю, что это не монтаж. То же самое было на кассетах Люси. Точь-в-точь то же самое существо.
— У меня есть другая гипотеза, — терпеливо сказала Скалли, — Пока мы отлучились, кто-то подошел к видеокамере и заменил пленку. Вывод один — здесь есть специалисты по монтажу.
— У этого человека не было времени на подобную операцию, — ответил Молдер.
— У какого конкретно человека?
Молдер не нашелся, что ответить.
— Осталось только опознать останки тела, которое мы нашли в ванной. Точнее, оно уже опознано. Остается найти улики и со спокойной душой…
— Наслаждаться чувством выполненного долга? А на озере опять будут происходить подобные случаи? Ты ведь не объяснила, что произошло с Сильвией.
— У меня есть рабочая гипотеза, — Скалли повернулась и вышла. — Ничего правдоподобнее и лучше я предложить не могу.
Молдер повел плечом и стал прокручивать кассету дальше. Но изображение оставалось неизменным, только облака в режиме перемотки двигались по небу невероятно быстро.
Она отшвырнула зажигалку и шагнула по направлению к Джозефу:
— Да перестань ты стучать!
В голосе женщины звучали истерические нотки. Джозеф, который изо всех сил старался сохранять спокойствие, повернулся к ней:
— Ты думаешь, тебе одной тяжело? Мне Fie легче. У меня умерла жена, близкий человек…
— Но теперь на нас обоих повесят это убийство, — сказала Флора и разрыдалась, — У нас были мотивы. Им остается только найти доказательство наших отношений… ты понимаешь…
Джозеф вздрогнул и отшатнулся от нее.
— Я действительно не очень любил Люси. И женился на ней только после получения наследства, иначе мое дело полностью рухнуло бы. И мне необходимо было воспользоваться ее деньгами. Но я не пошел бы ради этого на убийство.
— Но подозревать будут нас! — воскликнула Флора. — Можешь играть в свой теннис сколько влезет, пока тебя не арестуют.
— А что мне остается делать? Если я буду дергаться и проявлять беспокойство, это вызовет куда большее подозрение.
Женщина в раздражении топнула ногой, затем развернулась и ринулась мимо теннисных кортов, мимо террасы. Около причала она почти столкнулась с Сесили и прямо-таки рухнула ей в объятия. Добродушная Сесили, которая толком не понимала, что происходит вокруг, попыталась ее как-то успокоить.
— Я понимаю, все бы на твоем месте были потрясены. Но постарайся прийти в себя, ты же сильный человек. Возьми себя в руки. Ведь надо жить, глядя вперед, несмотря ни на что. Постарайся отвлечься. Покатайся на лодке, например.
— Нам же посоветовали не подходить к озеру. Джозеф тоже считает, что это опасно. В чем дело, я не знаю, но склонна думать, что смысл в этом есть.
Сесили добродушно улыбнулась.
— Ты правда в это веришь? Ты же современный человек, ты разумная здравомыслящая девушка…
Флора всхлипнула в последний раз и затихла окончательно. Она достала платок, вытерла слезы и высморкалась. Сесили, движимая искренним состраданием, довела ее до скамейки, и усадила, сказав: