Руины Ада: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рифат не без удивления обнаружил, что казавшаяся ему само собой разумеющаяся концепция имеет среди простолюдинов совершенно иные трактовки. Для крестьян Свет Небес был всего-навсего дневным светом или синонимом солнца. Для бедных горожан Свет был в том числе светом огня — теплом, согревающим кости. Для более богатых и образованных Свет олицетворял собой свет познания. Многие верили в какую-то светлую человекоподобную сущность, живущую на облаке. Другие считали, что речь идёт о некоем правителе Небес, куда души праведников должны попасть после смерти. Видимо, зовут мужика Светом, куда ж теперь денешься!

И почти никто не понимал в полной мере абстрактные объяснения жрецов о свободе воли, о стремлении стать равным Творцу. В светотеизме видели конкретную защиту от тварей из Ада и награду в посмертии. Очевидно, что для достижения этих благ надо без тени сомнения верить жрецам, иначе в твоё тело вселятся бесы — притворной верой Свет не обманешь.

Нужно искренне верить, даже если во что именно верить не очень-то и понятно.

Сложная всё-таки эта штука — религия. Требуется верить ради веры, потому что только так можно верить бескорыстно, а «бескорыстная вера» нужна, чтобы получить великую награду за праведность…

Самое удивительное, что при всём этом люди действительно верили. Просто, как с каждым разом всё больше и больше убеждался Рифат, каждый верил во что-то своё.

Именно это и нужно было использовать.

Окончательно план сформировался буквально в самый последний момент. И да, Рифат прекрасно понимал, что план весьма слабенький, но лучшего всё равно не предвиделось. Ждать благоприятную возможность можно до бесконечности, но так в итоге и не дождаться. Стоило рискнуть, а уж там будь что будет.

В то утро они стояли с Буером во внутреннем дворике постоялого двора, наблюдая за сумрачным небом. Холодный ветер усиливался, серое небо, вместо того, чтобы светлеть, с каждой минутой постепенно темнело. Ничего удивительного, ведь со стороны океана на Город Золотых Врат шла настоящая буря.

Чёрные тучи клубились пока ещё вдалеке, но не было никаких сомнений, куда их гонит ветер. К полудню, самое позднее к вечеру, столицу накроет проливным ливнем. Горожане попрячутся по домам, а значит, на яростные вопли одержимых едва ли кто-нибудь обратит большое внимание. Рифат с Буером наконец-то смогут незаметно подобраться к дворцу-храму, а если сработает план, то смогут при минимальном сопротивлении войти внутрь.

Увы, для этого придётся пролить много крови, но разве это когда-то было проблемой? Пускай Рифат насилия по отношению к простым жителям Ксерсии никогда не приветствовал, но опыт с «жёнами» Буера научил его, что даже убийство знакомых людей можно оправдать и забыть. Чего тогда переживать о незнакомцах, которых он не знает ни в лицо, ни по имени? Сколько бы их сегодня ни полегло, его душа уже чернее не станет.

— Согласен, твой план — то ещё дерьмецо. Но я также согласен, что надо его воплотить, — ухмыльнулся, выслушав его, Буер.

Аватару Астарота и лицу Ронове он всё поведал ещё прошлой ночью, но Буер шлялся по девкам, поэтому оказался посвящённым последним. Тем не менее его мнение было действительно важно, поскольку из всей демонической троицы только Буер знал «природную философию», а от прогноза погоды зависело весьма многое. Если гроза с ливнем накроет Город Золотых Врат по касательной и ненадолго, то стоило отложить мероприятие на другой раз.

Даже если ждать придётся ещё очень долго.

— Сюда движется шторм, сильнейший за последние десять лет, — почесал Буер щетинистый подбородок, который был вынужден брить каждый день, избавляясь от так и норовившей вырасти козлиной бородки. — Конечно, это не буря столетия, но мало уж точно никому не покажется. Нам с лихвой хватит времени, чтобы убить царя жрецов или самим быть убитыми, — демон неожиданно повернулся к Рифату. — Скажи, ты ведь тоже скучаешь по Аду?

Рифат покачал головой. Он знал, что для его души нет спасения, но по Нижнему Аду точно не горевал.

— Понимаю, — хмыкнул Буер. — В конце концов, для тебя там уготовано особое место. Ведь ты творишь зло не просто из-за невежества, а потому…

Рифат прервал демона:

— Не надо. У меня не должно быть сомнений.

Удава Астарота сейчас рядом не было: чтобы не вызывать подозрений, он не вылезал днём из комнаты, в которой расположились Рифат с Буером. Однако и без пророчества змея было ясно, что сейчас любое сомнение — смерть. Либо ты идёшь практически напролом до конца, либо встречаешь свой конец, ничего не добившись. Рифат давно выбрал первое.

— Ладно, действуй как знаешь. Так будет ещё веселей, — подмигнул ему Буер. — А вот я Верхний Ад точно буду вспоминать с благодарностью. Как только возвращусь, сотворю своей волей копию Хамадана и немного расширю владения. Я бы даже пригласил тебя в гости, но боюсь… Всё, молчу-молчу!

Рифат и раньше не разделял всегда весёлое настроение Буера, а сейчас ему хотелось шутить и того меньше. Он чувствовал, что всего через полдня всё действительно может закончиться.

И независимо от итога сражения, ему придётся расплачиваться. Сделки с демонами без последствий для души не проходят.

Сожалел ли он о том, что ступил на эту дорожку? Да вроде бы нет. Жажда мести всё равно раньше или позже разъела бы его изнутри, так что место в Аду при любом раскладе было ему обеспечено. Возможно, он не провалился бы на слишком низкие уровни бытия, но и жить в мире с собой вряд ли смог. А так, по крайней мере, внутренне он спокоен.

Не совсем верна крылатая фраза, что цель оправдывает средства. Скорее следовало бы сказать, что цель эти самые средства и создаёт. Цель определяет путь, по которому идёт человек, а путь формирует из куска плоти личность.

Благодаря своей цели Рифат ощущал себя целостным. Чувствовал себя на своём месте. Преодолевая препятствия, шёл и добивался успеха.

Рифат жил, а не просто существовал, стеная о том, как несправедливо у него всё отняли.

И пускай эта жизнь, весьма вероятно, скоро закончится, он и впредь не прольёт ни слезинки. Он плюнет в лицо Ахемениду и будет плевать в морды мучающих его демонов!

А возможно, со временем и сам в демона превратится.

Ведь его душа так черна…

Черна как тучи, что должны были через несколько часов накрыть город.