– Конечно, можете.
– У меня кружится голова, – произнес граф с такой наигранной мукой в голосе, что Энн не удержалась и закатила глаза. – Правда-правда, – не унимался Дэниел. – У меня э… Что там уложило Сару в постель? Мигрень?
– У нее было несварение, – поправила его Гарриет, незаметно делая шаг назад.
– Но ведь у тебя голова не кружилась, – с подозрением сказала Фрэнсис.
– Это потому, что я не закрывал свой глаз.
Это объяснение заставило девочек замолчать.
– Прошу прощения? – прервала возникшую паузу Энн, не понимая, какое отношение ко всему происходящему имеет закрытый глаз.
– Я всегда закрываю глаз, когда считаю, – пояснил граф с совершенно невозмутимым выражением лица.
– Вы всегда… Постойте-ка, – с подозрением протянула Энн. – Вы закрываете один глаз, когда считаете?
– Ну да, я же не могу закрыть оба глаза.
– Почему? – спросила Фрэнсис.
– Потому что ничего не увижу, – ответил Дэниел так, словно ответ был очевиден.
– Но тебе необязательно видеть, когда считаешь, – не унималась Фрэнсис.
– Обязательно.
Граф лгал, но девочки даже не попытались уличить его в этом, хотя Энн ждала шумных возражений. К ее изумлению, они молчали, а Элизабет и вовсе до такой степени заинтересовалась, что спросила:
– Какой глаз?
Граф откашлялся, и Энн готова была поклясться, что он поморгал то одним, то другим глазом, словно пытался вспомнить, какой из них ему подбили во время драки, наконец ответил:
– Правый.
– Конечно, – кивнула Гарриет.
Энн в недоумении взглянула на девочку.
– Ведь он правша, не так ли? – Гарриет взглянула на кузена. – Ты ведь правша?
– Совершенно верно, – кивнул Дэниел.
Энн перевела взгляд с лорда Уинстеда на Гарриет и обратно.
– И это так важно, потому что…
Лорд Уинстед просто пожал плечами, поскольку Гарриет избавила его от ответа, заявив:
– Просто важно – и все.
– Уверен, что я смогу поучаствовать в состязании на следующей неделе, – заявил лорд Уинстед, – когда мой глаз заживет. – Не знаю, как я не подумал раньше о том, что попросту потеряю равновесие, если мне придется смотреть одним заплывшим глазом.
Энн с подозрением прищурилась:
– Мне всегда казалось, что влияние на равновесие оказывает слух.
Фрэнсис испуганно охнула: