Паладин. Свет и Скверна II: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но одно я знал точно — этот дар очень специфически развивается. Нет общего концепта или методички. Каждый портальщик уникален, а та тварь владела своим даром на довольно высоком уровне. Предположу, что этой химере его не привили, а изначальный образец был именно портальщиком. Душа той твари была слеплена из кусков сущностей нечисти, но основа — человеческая. Выходит, китайцы не стали «воровать» магию своих подопытных, а пошли от обратного и изменили процесс. Скверна стала той силой, что сцепила всё воедино, уж это она может. Изменение и извращение сути это к ней.

Чем дольше мы сидели в этом кабинете, тем больше рассказывала Шанталь. Злость на своих мучителей в ней копилась, бессильные слёзы лились без остановки по щекам, а всхлипы глухо звучали в помещении. Но проняло всех. Даже стойкого и невозмутимого Краснова, побогравевшего от гнева, когда речь зашла о детях. Их содержали в соседнем блоке, разделённом перегородкой из бронированного стекла. Судьба их была примерно, как у Шанталь, но её рассказ был не совсем полон.

Я понимал больше из-за своего знания о Скверне и магии, а потому была ясна и понятна сама суть — дети являлись чистым материалом. Китайцы брали к себе всех. Беспризорных, которые похищали банды и некоторые аристократы, продавая тех за деньги. Были и те, кто жил в детских приютах, а затем, когда их якобы забирали в новую семью, увозили в Сибирь. Доходило и до того, что материал для экспериментов похищали у родовитых, но слабых благородных. У тех был выше процент пробуждения дара, а потому китайцы не скупились и платили щедро.

— Ваш император совсем мышей не ловит, — глухо произнёс я, стоило Шанталь затихнуть и заплакать ещё сильнее. У неё была натуральная истерика, ведь она старалась помогать этим детям, каждый раз страдая, когда кто-то из них больше не возвращался после опытов. — Такое дерьмо развели у него под носом.

— Выбирайте выражение, Виктор Константинович, — прорычал Краснов, медленно поднимаясь со своего места. Поверх его одежды появились языки фиолетового пламени. — Уже за то, что вы сказали, я имею право арестовать вас, за оскорбление власти!

— Это не оскорбление, а констатация факта, — сухо ответил я на это, также поднимаясь и кладя артефакт на стол. Мои глаза вспыхнули сиянием Света. — Скольких эти выродки замучили и убили, создавая своих тварей в лабораториях? Скольких невинных загубили, пока вы зад друг другу подтирали и хрен пойми чем занимались? Сибирь — это Российская Империи, а значит ваша вотчина, полковник! — мой голос гремел, подобно удару молота по наковальне. Шанталь смотрела на меня широко раскрытыми глазами и дрожала, а старший лейтенант побледнел от моей ауры. Два СБ-шника отошли от дверей, приготовившись к битве. — Вы облажались, а теперь пытаетесь разгрести то, что уже произошло. Ты устроил этот допрос, пытаешь женщину на поиск ответов, но ты уже ничего не исправишь, Краснов. Вы всё просрали, упустили свой шанс избежать подобного. Чего ты застыл, полковник? Я вижу, что ты хочешь драки, ну так не сдерживай себя! Один раз я тебе в рожу дал, могу повторить, но тогда, обратно в свою Москву ты уже не вернёшься!

Мощь Краснова росла, он сжимал кулаки до скрипа, а глаза его горели фиолетовым пламенем столь сильно, что те источали язычки дыма. Он — сильный маг, но слабее того же Кутузова на порядок. Скорее всего сильный Мастер или слабый Магистр.

Я вытащил свою дубину из-за пояса, продел руку в ремешок. По дереву побежали всполохи пламени Скверны, что выбило полковника из колеи. Он замер и смотрел то в мои глаза, то на дубину, да и остальные заметно ошарашены.

— Si jeune, mais détient deux dons en même temps… — прошептала потрясенно Шанталь.

— О-она сказала, — заклинило бледного переводчика, прячущегося под стол. Похоже, мужик настолько перепугался, что продолжил свою задачу неосознанно. — Ч-что он м-молод, но у-удерживает два дара о-одновременно…

Мы с Красновым на это ничего не ответили. Буравили друг друга взглядом, но полковник не торопился атаковать. В какой-то момент он раздражённо поджал губы, выругался и отпустил свой дар. Фиолетовое пламя исчезло и он грузно сел на стул, волком посмотрев на подчинённых:

— Отставить.

Синхронно, будто послушные зомби, его подчинённые вернулись к двери, но напряжение из них никуда не делось.

— Вы правы, ваша светлость, пусть и не стеснялись в выражениях. Служба Безопасности допустила ряд провалом и допустила то, что творилось у нас буквально под носом. Я не буду вас арестовывать, но настоятельно прошу следить за словами.

— Правда, Краснов, как её не называй, останется правдой, — сухо произнёс я, отпуская Свет и Скверну, после чего вернулся на своё место. — Вместо оправданий собственной ошибки, станьте лучше, чтобы подобного больше не повторилось.

На этом допрос закончился. Всё, что нужно, СБ-шники узнали, а я отдал артефакт. Пусть рассказ Шанталь в какой-то момент отвлёк меня, но времени для изучения мне хватило. Поверхностного, конечно, но общее понимание уже имелось.

Что я могу сказать об этой сфере? Во-первых — это не Нулевой Блокиратор, которые были в моём мире. Чем-то схож по принципу работы и воздействию на потоки энергии, но система зачарований совсем иная. Во-вторых — это кустарная работа, не слишком высокого качества. Опять же, если сравнивать с Нулевым Блокиратором. В целом — артефакт хорош. Кто бы его не создал, но дело он своё знал отменно. В нём сочетались кузнечное мастерство, алхимия и зачарование, а также грубая, но рабочая руническая письменность. В-третьих — этот артефакт не закончен. Я нашёл по меньшей мере четыре ошибки в вязи зачарований, а в рунах ещё больше. Будто умелец пытался методом тыка создать шедевр, но тем самым только усложнил свою работу.

К примеру, на корпус была нанесена руна «Арад», она же «Жизнь». Спрашивается, нахрена? Правильно, потому что руки умельца растут не из задницы, но в рунах он особо не разбирается. Я бы мог доработать артефакт, увеличить его радиус покрытия, ускорить течение энергии внутри контура, а также сделать его мощнее раза в два. Но делать я этого, конечно же, не буду. По многим причинам, в которых моё отношение к Краснову даже не на первом месте. Но вот что стоит узнать, так это создателя сферы. С этим человеком я бы пообщался, но вряд ли полковник ответит. Лучше спросить у Кутузова или Екатерины, если выдастся возможность.

Я покинул кабинет одним из первых и, выйдя в коридор, пошёл в сторону командного пункта. Именно там постоянно сидел Кутузов, литрами глушил напиток под названием «Кофе» и командовал всем, что происходило в Хабаровске. Из-за всей этой канители с допросом планы слегка изменились, но суть их осталась прежней. Надо бы узнать, когда будет выход в Зону и его детали.

— Attendez, Monsieur! S’il te plaît! — раздался за моей спиной сдавленный крик.

Обернувшись, увидел Шанталь. Размазывая по щекам слёзы, она отбивалась от двух солдат и не давала им увести себя.

— Опустите её! — рявкнул я на этих олухов, став эпицентром внимание всех, кто находился в этом коридоре.

Оттолкнув солдата, женщина быстро подбежала ко мне, упала на колени и схватилась за мою ладонь. Она подняла красные, заплаканные глаза на меня, будто собиралась умолять.

— S’il vous plaît, Monsieur! Je n’ai nulle part où aller! Je vous prie de rester près de vous! Au moins une servante, au moins une esclave! Vous m’avez sauvé! Ils m’ont montré leur Lumière! Je vous en prie, Seigneur!

Говорила она прерывисто, сбивчиво и глотала слова из-за очередных слёз. Но в этот раз мне не нужен был переводчик, чтобы понять её. Хватило того, что я видел в её душе. Видел в эмоциях. Да… я стал якорем и эта женщина зацепилась за меня, как за последнюю надежду. Обманчивые чувства, ложные, но она в них искренне верила.

— Встань, — тихо произнёс я, вытягивая свою ладонь из её рук.

Шанталь не поняла меня и посчитала, что это отказ, а потому начала целовать мне пальцы, а затем склонилась полностью, уперев лоб в пол.

Жаль, что я не могу вновь вернутся на ту базу и убить ещё больше китайцев. Гнев во мне сейчас кипел столь сильно, что хотелось убивать. Выродки… Замарали своей грязью чистую, невинную душу.

Взяв женщину за плечи, я поднял её с колен и проникновенно посмотрел в глаза.

— Больше никто тебя не обидит, Шанталь, — пусть я почти шептал, но мой голос слышал каждый в этом коридоре. — Всё закончилось и ты в безопасности.