Но тот, не оглядываясь, зашагал по коридору прочь и через мгновение исчез за поворотом. Увидев Сашу, Тоэн постаралась взять себя в руки:
– А, Саша, доброе утро. Проходи, сейчас начнем.
Похоже, Дин раздражал не только Сашу, он сумел вывести из себя даже всегда сдержанную главу клана ронгов. Может быть, ему уже наконец влетит? От этой мысли испорченное Магритом настроение немного улучшилось.
Занятия закончились только к обеду, Саша на платформе поднялась наверх и вышла из Тайнерада. Через минуту из взлетной шахты появился Сиплый:
– Ну что? Домой? – хмуро осведомился он.
«Ага, сейчас, размечтался!» – мысленно фыркнула Саша, а вслух сказала:
– Нет, – и демонстративно уселась здесь же на согретые солнцем ступени Тайнерада, подставив лицо ласковым лучам. Квестор молча поплелся в тень деревьев.
Денек был чудесный, ясный и теплый, внизу серебрилась гладь озера. Хотелось есть, но при мысли, что сейчас придется смотреть в ледяные глаза Надин, голод сразу показался не таким уж мучительным. Саша достала из рюкзака пачку печенья и, засунув в рот небольшой кусочек, блаженно прикрыла глаза. Неожиданно ее пальцев коснулось что-то холодное и мокрое, Саша испуганно ойкнула и резко отдернула руку. Рядом стоял большой лохматый рыжий пес с трогательными висячими ушами и бесцеремонно норовил засунуть нос в приоткрытую пачку. Саша улыбнулась и вытряхнула печенье на каменную ступеньку.
– Ты кто? – спросила она, а пес, в мгновение ока слизнув угощение, нетерпеливо перебирал лапами и принюхивался.
– Это Шанс, – послышался чей-то голос.
Саша повернулась и встретилась глазами с девочкой. Кажется, она встречала ее как-то в той части поселка, где жили сфиры.
– Привет, – девочка улыбнулась и потрепала пса по лохматой голове. – Я не помешала?
– Нет, конечно, – ответила Саша и протянула собаке еще одно печенье, которое тут же бесследно исчезло в теплой розовой пасти.
– Я Тея, из сфиров, – представилась девочка. – А ты Саша, да?
Саша кивнула. У Теи были теплые зеленовато-карие глаза и загорелое открытое лицо, непослушные волосы выбивались из короткого хвостика на затылке.
– Шанс, – вдруг вспомнила Саша. – Доктор Норкс мне рассказывал про пса по кличке Последний Шанс.
– Точно! Это он, – засмеялась Тея. – Вечно попадает в переделки. Но вообще он очень добрый и остров наш защищает от непрошеных гостей. Недавно вот бродячие собаки пожаловали из города, штук пять, злющие. Барьер-то на них не действует. Так не пустил! Такая свара была у мостика! Ужас! Еле живого потом его к Норксу отнесли. Ничего, выкарабкался.
Пес тем временем опустошил всю пачку печенья и улегся рядом, положив лохматую голову у Сашиных ног.
– А чей он? – спросила Саша, осторожно поглаживая пса.
– Да ничей, – пожала плечами Тея. – Его все подкармливают. А ты видела у нас в лесу белок?
– Нет.
– Хочешь покажу? Они совсем ручные.
– Хочу, – обрадовалась Саша, но тут же сникла. – Только я не одна, у меня вот… – Она мотнула головой в сторону сидевшего под деревом квестора.
– Тогда пусть догоняет, – подмигнула ей Тея, схватила Сашу за руку и припустила вокруг каменной пирамиды. Шанс с веселым лаем кинулся следом, и только Сашин рюкзак так и остался лежать на ступенях.
Они неслись во весь дух. Где-то сзади, Саша знала, за ними бежал Сиплый, но она даже не стала оглядываться. Впервые за много дней ей было легко и хорошо. Тея внезапно метнулась в сторону здоровенной, вывороченной с корнями сосны и, прижав палец к губам, быстро спрыгнула в яму, Саша и пес последовали за ней.
– Ни звука! – строго шепнула Тея Шансу, тот послушно лег и вжался в теплую землю.
Они прислушались. Через некоторое время раздался треск – Сиплый, как обезумевший с голодухи медведь, продирался сквозь кусты.
– Чертова девка, – донеслось до них, мимо прогромыхали тяжелые шаги, и вскоре все стихло.