Они вышли из дома, под проливным дождем добежали до машины и забрались внутрь. Мама повернула ключ зажигания, старенький «фольксваген» нехотя проснулся и заурчал, дворники едва справлялись с потоками воды, непрерывно льющимися с неба. Не включая фары, мама тронулась с места, и машина медленно покатилась по дороге.
– Фары, мам, – напомнила Саша.
Путь освещал только тусклый свет уличных фонарей. Но мама продолжала ехать в темноте, сосредоточенно глядя на дорогу. Саша удивленно повернулась к ней.
– Фары включим, когда минуем улицы.
– Почему? – спросонья Саша никак не могла понять, что происходит.
– Так надо.
Сквозь пелену дождя Саша с трудом узнавала улицы, по которым медленно крался их автомобиль. Вот дома закончились, дорога повернула в рощу, и машину тут же обступила кромешная тьма – фары пришлось все-таки включить.
– Без эллура защитный барьер нас не выпустит, но как только проедем через него, сразу снимай, чтобы не отследили. Ты почувствуешь толчок, как тогда, когда Таир вел нас сюда, – мама говорила быстро и отрывисто. – Домой возвращаться нельзя, там они нас сразу найдут. Придется уехать куда-нибудь подальше.
– Мам, мы что, сбегаем?! – Cон тут же как рукой сняло.
Но мама будто не слышала:
– Деньги на первое время у нас есть, потом что-нибудь придумаем. Имена и документы поменяем. Ничего, один раз я смогла сбежать отсюда, сможем и сейчас.
– Но почему? – Саша почувствовала, как накатывает страх. – Арнаки напали?
– Нет, – мама напряженно смотрела вперед.
– Тогда в чем дело?
– Я не могу позволить им забрать тебя, – наконец ответила мама. – Ты еще слишком маленькая для таких путешествий. Потом, когда станешь старше, может быть… А сейчас нет. Это безумие. Агата сказала – переход откроется в день Проявления, но не сказала, что это обязательно должен быть ближайший день. Они не хотят меня слушать, готовы пожертвовать чем угодно, даже собственными детьми.
– Но так нельзя!
– Можно, – отрезала мама. – Можно и нужно. Никто из них даже не подумал спросить, согласна ли ты идти в эту экспедицию!
И хотя мама сейчас, в сущности, повторяла ее недавние мысли, Саша чувствовала, как внутри нее все протестует. Да, ей совсем не улыбалось отправляться черт знает куда за какими-то сердцами, которых никто в глаза не видел, но и убегать вот так, в темноте, словно преступники, ей тоже было противно.
– Я не хочу так уезжать! Я не боюсь этой экспедиции.
– А я боюсь! – резко возразила мама. – Ты не знаешь, с чем тебе предстоит иметь дело! Не знаешь, что тебя ждет! За два месяца никто, даже Вилиор, не сможет тебя подготовить!
– Но он же сказал, что с нами пойдут взрослые.
Мама ничего не ответила, впереди показалось темное пятно ворот. Машина чуть притормозила, и Ромина произнесла:
– Открыть!
Створки бесшумно открылись, и тут же им в глаза ударил ослепительный свет. Саша зажмурилась. Дверца машины распахнулась, и чьи-то руки грубо потащили Сашу наружу. Она завизжала и принялась отчаянно отбиваться.
– Хватай другую! – услышала она чей-то сиплый голос. – К девчонке силу не применять!
Рядом вспыхнул огонь, и Саша с ужасом увидела, что маму окружили несколько человек, их глаза слабо мерцали в темноте. Значит, это илуиты! Но почему они нападают?!
– Взять живьем! – сиплым голосом крикнул удерживающий Сашу человек. – Приказ главного квестора!
Но взять маму оказалось совсем не просто. Она волчком вертелась на месте, отражая удары и засыпая противников синим огнем. Один из нападающих запустил огненную спираль, которая в полете превратилась в горящее лассо, но мама пригнулась, и в петлю попал второй, который пытался зайти ей за спину. Мужчина упал на землю, объятый пламенем.
– Помогите! – отчаянно закричал он.