– Слушай, Эсмола, хорош меня воспитывать! – Дин начал злиться. – Я же сказал – случайность. Она просила показать ей полное обращение, я показал.
– А рыться в ее памяти она тоже просила? – не успокаивалась Тея. – Это бесчестно, низко!
В глазах Дина вспыхнули злые огоньки.
– Я поступаю так, как считаю нужным, и не собираюсь перед тобой отчитываться! – рявкнул он в ответ.
– Вот именно! Ты никогда ни с кем не считаешься! Тебе плевать на всех, кроме себя!
– Зато мне не нужно лезть из кожи вон, чтобы заслужить внимание папочки. – Дин презрительно прищурил глаза.
Саша не поняла, что именно Ливентайл имел в виду, но было очевидно, что его слова попали в цель, потому что Тея вдруг запнулась и изменилась в лице.
– Ты не достоин быть Хранителем! – наконец выдохнула она.
Дин вскочил и подошел к Тее почти вплотную.
– А это не тебе решать, Эсмола, – проговорил он, нависнув над девочкой. – Меня выбрала стихия.
– Что происходит? – раздался голос за спиной, и Саша вздрогнула. Она и не заметила, как к ним подошел Адалар.
– Не твое дело, – огрызнулся Дин.
– Я не тебя спрашивал, Ливентайл, – спокойно произнес Адалар. – Саша? Тея?
– Ничего, не обращай внимания, – ответила Саша. – Пойдем отсюда, Тея.
Она потянула Тею за руку, но та вырвалась.
– Ливентайл возомнил себя вскрывателем! – выпалила Тея. – Он не сказал Саше, что в обращенном состоянии мы читаем мысли, и бессовестно рылся в ее памяти до тех пор, пока она не потеряла сознание.
Саша заметила, как Наира, до того сидевшая будто каменное изваяние, при этих словах зябко поежилась. Адалар перевел взгляд на Дина.
– Ты же мог погубить ее, – произнес он.
– Так пусть учится закрывать свои мысли! – взорвался Дин. – В экспедиции она что будет делать? Когда рядом окажется штук двадцать драконов?
Сашу эта мысль испугала не на шутку. Если один дракон смог вывернуть ее наизнанку, то что же с ней сделают два десятка?
– Вот только не надо делать вид, что ты о ней заботишься! – возмутилась Тея.
– Тебе нужно извиниться перед Сашей, – произнес Адалар.
Почему-то эти слова, сказанные спокойно и тихо, окончательно вывели Дина из себя.
– Я как-нибудь сам решу, что мне нужно, а что нет! – заорал он. – И уж тебя, флар, спрошу последним!
Лицо Адалара застыло, и он отчеканил:
– То, что ты сделал, – подло.
Сжав кулаки, Дин шагнул к Адалару и процедил сквозь зубы ему в лицо:
– Не тебе. Говорить. Мне. О подлости. Флар.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Адалар, взгляд его стал жестким.
– Я хочу сказать, что подлость – это как раз по вашей части. Предать, подставить, ударить в спину. Вас, фларов, наверное, этому специально обучают?