— И что теперь?
— Лезь на спину! — бросила Бусинка, недовольно вздохнула, опять считывая свое испорченное имя из моих мыслей.
— Я упаду!
— А если не залезешь, умрешь от жажды и голода, — виверна задрала морду небо и недовольно заклекотала. — Вот мерзкая форма! Не обращай внимания, я слишком вжилась в роль виверны, могут быть побочные явления.
Я кое-как встала и подошла к виверне, лучше бы она мобом притворилась.
— Я не могу притворяться неодушевленным предметом, я живая, — элементаль пригнулась и выставила лапу, чтобы помочь мне забраться на ее спину.
Я ухватилась за рога, как за рычаги, прижала колени к бокам и зажмурилась. Лучше бы я пошла!
Бусинка резко взмыла вверх, а я не удержалась и заорала. Куда только усталость делась? Я орала, ветер свистел в ушах, а виверна пыталась научиться летать.
— Ты думаешь, это легко?! — возмущенно сопела она, делая кульбиты в воздухе.
Огромное тело, то со скоростью метеора неслось к земле, то резко выходило в крутое пике, отчего приходилось орать через сжатые зубы, чтобы не прикусить язык.
Только через пару минут Бусинка смогла выровнять наш полет, и мы полетели более спокойно. Я защитила тело магией, отталкивая от себя ледяной ветер. Не хотелось превратиться в сосульку.
— Не люблю я такую форму, — брюзжала элементаль, — всегда предпочитала мелкие тела.
— Я тебя не заставляла в виверну оборачиваться, — успокаивала я свою совесть
— И мне теперь в этой шкурке не один год сидеть! — выла внутри элементаль.
Я чуть не захихикала, вспомнив, что сидеть ей не только в шкурке, но и в питомнике.
— Ни за что! Я разумное существо! Меня нельзя к вивернам! К этому тупому зверью! Что они понимают в полете? Только машут своими крылышками! — вовсю размахивая крыльями, возмущалась элементаль.
— Скажи, а все высшие элементали такие ворчуньи, или мне одна досталась?
— Я не ворчунья, я просто… В расстройстве что придется жить в этой форме долгое время, ты совсем необучена. У тебя слабое тело, слабые каналы. Как мне сливаться с тобой, если ты не готова? А без слияния я не смогу менять форму.
Бусинка молчала целых две минуты, а потом начала по новому кругу сетовать на свою судьбу и требовать отдельную комнату в замке.
— Всего лишь снести одну стену и поставить ворота, — уговаривала меня Элементаль.
— Ни за что, — я сопротивлялась. — Милира не поймет, да и денег лишних нет на такое строительство.
— Ты же из Великого рода, я не могла ошибиться, у вас золота полные закрома!
— Предки были из Великого рода, его уже давно нет. Даже из книги родов вычеркнули.
— Как же ослабели дреймоны, если их потомков исключают из Великих родов, — вздохнула Бусинка.
Я не стала расспрашивать у нее, что там с дреймонами почему Куары потомки дреймонов. Сейчас не было ни сил, ни желания во всем этом разбираться. Обидно, что я потеряла зелье, за которым летала к ведьме. Эх! И моб жалко, как теперь в академию летать? Еще два экзамена сдавать. Ох! Тут же дошло до меня: а ведь я могу продолжить учебу.
— Даже не думай, — серьезный голос Бусинки меня насторожил. — Высший элементаль — непростой, тебя убьют, а меня привяжут к какому-нибудь сильному магу. Поверь, так раньше было и думаю, сейчас так же. Нас, великих элементалей, в мире было всего двадцать. Мало нас было на такое большое количество сильных магов. И могли себе позволить защитить мага с великим элементалем только сильные Великие рода.
— Они могут увидеть, что у меня есть высший элементаль? — с сомнением спросила я.
— Неуч, — вздохнула Бусинка, — они увидят твою силу, заметят связь, которая ведет ко мне. Так что не давай проверять свой потенциал, не нужно никому знать, что ты сильный в будущем, — уколола меня виверна, — маг, связанный высшим элементалям.
— Зачем вообще элементали? — фыркнула я.
— Я тебя заставлю учебники за все столетия выучить, — пригрозила мне Бусинка.