Я подскочила, кинула подавальщице медяшку за усердие и сказала немного удивленному Ирмату:
— Думаю, нам пора.
Ирмат догнал меня уже на улице.
— Сарита, да что случилось? Несешься как на пожар.
— Мне кажется, что-то случилось с вивернами, — сказала я.
— Ну ладно, проверим сначала виверн, как раз шерсть заберем, отнести нужно, — согласился Ирмат, помогая мне сесть в карету.
Наступил вечер, постепенно загорались уличные фонари, заметно убавилось прохожих на улицах, и карет на проезжей части. Раньше даже ночью город жил своей жизнью, мы любили с Селией гулять по ночному городу и главное, это было безопасно: стражи ходили по улицам, успокаивая дебоширов. Воры предпочитали не показываться на главных улицах городка.
Дома тут были сплошь богатые, двухэтажные, утопающие в зелени. Оказывается, я соскучилась по лету. Когда весна опаздывает, уже на два месяца начинаешь ценить тепло.
Сейчас мне было не до красот города, переживала, что там случилось у Бусинки. Я пыталась с ней говорить, но слишком уж далеко мы были, удивительно, что она вообще до меня докричалась.
Ворота загона, который мы арендовали, были открыты, из него выводили виверну.
— Это что такое? — Ирмат сразу понял, что происходит, что-то не то, и кинулся к вору, который уводил нашу виверну.
Мужчина, видимо, не ожидал нас увидеть и стал тянуть виверну за собой. Та фыркала и недовольно переступала. Дрессировка у наших животных отменная, они никогда не причинят вред человеку.
— Стоять! — рявкнул Ирмат и свистнул специальным манером, которым обычно подзывают виверн.
Виверна повернула к нам голову, вдохнула запах и мотнула головой, скидывая с уздечки тащившего ее мужика, приоритет главного в стае тоже вбит в виверн сильно. Если свистну я, то виверна придет ко мне. Магическая дрессировка — за возможность ее применять, Итан заплатил немало.
Воришка понял, что ему не улететь, и ломанулся прочь от нас, Ирмат кинул в него заклинание, спутывая ноги ветряными веревками и кинулся внутрь загона.
— Ну наконец-то вернулась! Издеваешься надо мной, целый день я одна в темном, душном загоне, еще и умыкнуть норовят. Я сразу говорю, кусала нежно, и только за задницы.
Я немного успокоилась, когда услышала голос Бусинки. Внутри загонов Исип без сознания, связанный Мерк, еще два вора разной степени покусанности стонали на полу, а над ними стояла, топорща чешуйки на загривке, Бусинка. В одном из болезных я узнала Марио, вот же гад такой.
— Сарита, вызывай стражу, — сказал Ирмат, связывая воришек магией.
— Лучше сразу отпустите, — усмехался, кривясь Марио. — Вы нам недоплатили мы так и будем говорить, что свое забирали.
— Заткнись, — Ирмат приложил по скуле мужчины кулаком, — вам все выплатили сполна по договору, у меня есть ваши росписи.
— Думаешь, кому-то сейчас это охота выяснять? — Марио сплюнул кровь и посмотрел на меня с презрением. — Скоро все равно все сдохнете.
— Что ты сказал? — Ирмат схватил Марию за грудки и притянул к себе. — Говори, почему мы умрем? Ну?!
— Так твари, — усмехаясь сказал Марио, но я видела по его глазам, что не это он хотел сказать совсем не это.
Может ли Марио быть замешанным в гибели Итана? А в крушении моего моба? Я тут же мысленно кивнула, может, у него был доступ к мобам, вопрос лишь в одном, зачем ему это надо? В чем его выгода от нашей смерти? Простой работяга, далекий от аристократии.
— Его бы прижать хорошенько и попытать, — кровожадно оскалилась Бусинка и клацнула пастью возле головы бывшего объездчика.
В общем, пока приехала стража, пока мы написали заявление на то, что нас пытались ограбить, прошло немало времени. Хорошо хоть у Ирмата в страже был знакомый, мы ему все объяснили и воришек увели, обещая, что они получат по заслугам.
Я поделилась с Ирматом своими сомнениями насчет Марио.
— Марио появился на острове еще при Итане, я тогда не занимался делами объездчиков, — покачал головой Ирмат. — Знаешь, я поговорю со своим другом, попрошу его узнать, кто такой Марио. Пусть прошерстит его прошлое, наверняка что-то там есть. Его ненависть к Куарам неспроста. Зачем работать на человека, которого ненавидишь? Здесь что-то есть, Сарита, — кивнул мне парень.
Куда-то ехать было уже поздно, и мы решили остальные дела отложить на утро.
Бусинка возмущалась, когда Мерк опять ее привязал, но я была непреклонна, ее исчезновение сразу заметят. Под ворчание виверны я отправила Исипа с Мерком к лекарю, дав им денег. У Исипа была огромная шишка на голове, а у Мерка болела нога.