— Готовься, Сарита, — сказала Бусинка, — старайся вложить в бросок всю силу, не забудь повесить на себя заклинание меткости.
Я делала все быстро, стараясь не задумываться и не впускать внутрь страх и сомнения.
— Напитай копье силой ветра и льда, быстрее, он сейчас закроется. Давай!
Ледяное копье получилось на славу, созданное из стихии ветра, оно гудело словно провода под напряжением, обернутое в ледяную корку, которая могла посоревноваться по прочности с титановым сплавом. Я что есть силы запустила копье в слабое место дракона, молясь всем богам, чтобы оно достигло его маленького мозга и позволило нам спастись.
— Да, ты попала, Сарита, а теперь держись! — и Бусинка резко вцепилась в загривок дракона всеми лапами. — Покатаемся!
— Сссумассшедшая! — заорала я, когда дракон взревел и стал трясти мордой.
Потом замер и завалился набок, чуть не разрушив остров.
— Сарита, — Бусинка подо мной вдруг стала изменяться, превращаться в ветер, который вливался в меня, меняя что-то внутри, — держись!
Дракон сдох, но его магии деться было некуда, она была жаркая, кусачая, неродная. Поэтому принималась телом очень болезненно. Я заорала от боли, что она мне причиняла, меня ломало, выгибало, потом приподняло над тушей дракона, руки раскинулись в стороны. Огненная сила дракона впитывалась внутрь, сжигая остатки одежды на моем теле, а ветер исторгался из моего рта со страшным воем, уносясь в темное, мерцающее миллионами звезд, небо. Не думала, что вторая инициация будет так скоро…
Последнее, что я увидела, это Октаголда. Он шел ко мне в огненном шторме, убивая направо и налево остатки монстров, и его жесткий взгляд, говорил мне, что мне теперь от него так просто не отвертеться.
Глава 11
Просыпалась я с трудом. Глаза не открывались, а тело так болело, что просыпаться как-то перехотелось.
Уши уловили, как открылась дверь, потом закрылась, загремела посуда, запахло едой, да так вкусно, что у меня к боли мышечной добавилась боль желудочная. Так скрутило, что я поневоле открыла глаза и уставилась на осторожно отступающую Лауру. Увидев, что я открыла глаза, она замерла, пару раз моргнула, а потом сглотнула.
— Госпожа Сарита, вы очнулись?
— Как видишь, — голос у меня походил на воронье карканье.
Я кашлянула, стараясь делать это осторожно, чтобы не потревожить внутренности.
— А я вам завтрак принесла, как вы любите: пышный омлет и взвар с булочками.
— Спасибо, Лаура, — я аккуратно села на кровати и прислушалась к себе.
Болело все тело, но, терпимо, в памяти тут же промелькнула картинка идущего ко мне Октаголда, огромная туша дикого дракона и бушующий вокруг огненный ураган. Казалось, что все это мне привиделось…
— Так я пойду? — девушка осторожно сделала шаг назад, напряженно наблюдая за мной.
Очень хотелось сказать ей резкое «Бу!», но я подавила в себе ребячливое настроение.
— Никуда ты не пойдёшь, — категорично заявила я и притянув к себе поднос, установила его на кровати, — садись и рассказывай.
— Что рассказывать? — Лаура посмотрела на дверь и испуганно сглотнула.
— Лаура, — девушка вздрогнула. — Я все та же Сарита, твоя хозяйка, и хочу, чтобы ты рассказала мне последние вести. Кстати, сколько я тут провалялась, и кто меня сюда принес?
Лаура еще раз тоскливо оглянулась на дверь и неуверенно села на кресло. Видимо, я ее пугала, только непонятно чем.
— Ну? — я, зажмурившись от наслаждения, положила в рот кусочек омлета, с мелкими кусочками бекона, пропитанного запахом жареного лука, и стала жевать.
— Госпожа, вы тут уже двое суток спите, как вас сюда ниер Октаголд принес, так и спите.
Я закашлялась, подавившись вкусняшкой, и удивленно посмотрела на Лауру:
— Кто принес?
— Ниер Октаголд принес, он вас из рук не выпускал, — Лаура блеснула глазами, — так прижимал, что госпожа Милира на него ругаться стала. Он-де вашу честь себе забрал и теперь обязан жениться.