— Пап, — говорю, глядя на него через край стакана, — ты говорил, что дядя Рома женат давно. Что знаешь о его жене?
Отец прищуривается, явно удивлённый моим интересом.
— Лиля? А что? — его тон настороженный, но пока спокойный.
— Просто интересуюсь, — бросаю я, чуть пожимая плечами. — Красивая женщина.
— Да, красивая, — соглашается он, но в его голосе слышится что-то, что мне не нравится. — Но на этом её заслуги заканчиваются. Роман — человек серьёзный, дал ей всё, что у нее есть.
Я молчу, стараясь не выдавать раздражения. Этот взгляд, этот тон — всё это подтверждает мои догадки. Никто из семьи, похоже, не видит в ней настоящего человека.
— А сама она чем занимается? — продолжаю спокойно, но внутри всё кипит.
— Роман говорил, что она работает где-то в рекламном агентстве то ли бухгалтером, то ли секретарём. Должна вот-вот уволиться — он настоял, чтобы она оставалась дома. Это правильно, так и должно быть.
«Правильно».
Меня передёргивает от этого слова.
— Ладно, понял, — говорю, вставая. — Спасибо, что уделил время.
Отец внимательно смотрит на меня, но ничего не говорит. Ему мой интерес к жене брата явно не нравится, но это его проблемы. Ему во мне много чего не нравится, как и мне в нем, но как-то же живём.
Я выхожу из сервиса, снова сажусь в машину и долго сжимаю руль, прежде чем завести двигатель. Ее запах по прежнему держится в салоне и триггерит.
Этот чертов прокурор, не имеет ни малейшего понятия, кто рядом с ним.
Хватаю ее шарф и сжимаю в ладони.
Резко газую и, спрыгнув на трассу, набираю скорость, чтобы хоть немного сбросить это нарастающее напряжение.
Прости, дядя, такой вот я херовый племянник, я пиздец как хочу твою жену.
14
Лиля
Едва вхожу в дом, чувствую, как моментально снова возникает стеснение в груди. Настроение падает ниже нуля, и всё, чего мне хочется, это остаться с собой наедине, чтобы сохранить хотя бы остатки того чувства, которое окутало меня в клубе Игната, пока я держала в руках кисти.
Но вместо этого оно разбивается на осколки под недовольным взглядом мужа.
— У меня машина сломалась, и я.…
— Я в курсе. Машина уже во дворе. А вот ты где была?
— Женя попросил Илью помочь мне, — говорю ровно. На мужа смотреть не хочу, поэтому опускаю глаза на свои руки и начинаю снимать кольца и часы. — А ему надо было заехать на работу. Не командовать же мне чужим временем. И так спасибо за помощь, а то бы кто знает сколько сидела бы на трассе в темноте в ожидании эвакуатора.
— И быстрее бы оказалась дома.
— Ты серьезно, Ром? — вскидываю глаза на мужа резко. — Мне нужно было сидеть там на дороге одной? Я, между прочим, звонила тебе не раз. Но у тебя не было связи. Где ты был?
— А где я был, Лиль? — зло прищуривается, встряхивая газету. — На работе. Деньги зарабатывал. Не для номинальной галочки, а реальные, для семьи. И что я вижу вечером, придя домой уставший? Жены дома нет. Еще и претензии о том, что я в рабочее время посмел не ответить!
Он всё, как и всегда, переворачивает. Извращает, выставляя меня виноватой.
— Рома…. — прикрываю глаза и считаю про себя до пяти. Просто хочу уйти, чтобы этот разговор закончился.
Роман хмурится, и я чувствую, как напряжение растекается по комнате, словно плотный, удушающий туман. Я стою неподвижно, вцепившись в снятые кольца, а он смотрит на меня, как на провинившуюся. Я старательно не поднимаю глаза, чтобы не пересекаться с ним взглядом, и слышу, как он негромко цокает языком, подтверждая свои претензии.