— Тогда, может, дочитаете завещание барона? Там сказано, что я имею право осмотреть владения и могу получить доступ к ним в любое место, — я протянул документ обратно.
Охранники снова переглянулись. Бородатый отошёл и переговорил с кем-то по рации. А когда он вернулся, что-то шепнул на ухо напарнику, а тот пожал плечами и нажал кнопку на планшете. Ворота лязгнули и начали отъезжать.
— Проходите.
— Благодарю, — я убрал копию завещания в папку и направился вперёд.
Дом напоминал замок из готических романов: стрельчатые окна, чугунные балконы, плющ, обвивающий стены. По территории — всюду камеры наблюдения и патрули.
Убийца наверняка кто-то из местных или тех, кто вхож в дом. Чужак бы ни за что сюда не проник.
У крыльца я заметил несколько дорогих автомобилей. На ступенях стояли мои родственнички — тётя Варвара и та беловолосая девушка. Её звали Анастасия, как я узнал из папки.
Заметив меня, Анастасия скривилась и быстрым шагом ушла в дом. Тётя Варвара, задрав нос, презрительно осмотрела меня с ног до головы и тоже удалилась.
Вот и хорошо, у меня тоже не было ни малейшего желания с ними разговаривать. Пока не возникнет надобности, само собой.
Первым делом я решил поговорить со слугами. Их никто не замечает, а они видят многое. Следователи уже это сделали, и в папке были предоставленные сведения от слуг. Но я не собирался задавать им те же самые вопросы.
Конечно, горничные и садовники не горели желанием обсуждать со мной смерть барона. Но несколько человек мне всё же удалось разговорить.
— Здравствуйте. Меня зовут Григорий Зорин, — представился я, подойдя к очередному «информатору». Как я уже знал, передо мной главный садовник.
— Здрасьте. Слышал я про вас, — чавкая жвачкой, ответил садовник.
— От кого?
Мужчина не ответил. Заткнув пальцы за край грязного комбинезона, он спросил:
— Так вы, значит, внебрачный сын Александра Николаича?
— Выходит, что так. И я очень хочу разобраться, кто его убил, — сказал я.
— А вам оно надо? Отец же с вами не общался даже.
— Возможно, на то были причины. В завещании он меня упомянул. Послушайте… — я сделал многозначительную паузу.
— Семён, — представился садовник.
— Послушайте, Семён. Мне нужно понять, каким мой отец был человеком? Как общался с родственниками?
Семён неопределённо пошевелил плечами и ответил:
— Сложным он был человеком, несговорчивым. Спорил со всеми по любому поводу, и с родными не особо-то ладил. Всегда им правду в глаза говорил, даже самую неприятную.
— То есть в семье его не любили?
— Как вам сказать, Григорий. Любили, конечно, но больше денежки его, чем самого барона. Потому и терпели, когда он всех отчитывал и жизни учил. А дочек вообще хотел насильно замуж выдать за тех, кто им не нравился даже, — вдруг войдя в раж, садовник начал выдавать весьма любопытные подробности. — Да и вообще, детям он всю жизнь мало внимания уделял! Дела провидца его больше интересовали. То в библиотеке пропадал, то призраков ловил или что он там делал. А вот с живыми людьми не очень ладил.
— Благодарю, вы мне очень помогли, — сказал я.
Выходит, мой отец был весьма конфликтным человеком и периодически ругался со всеми членами семьи. То есть мотив мог быть у каждого, а не только у представителей мужского пола.
Это несколько усложнило мне задачу…
Напоследок я зашёл на кухню, чтобы поговорить с поваром. Мужчина лет шестидесяти с ножом для разделки мяса в руках даже не обернулся на моё приветствие.
— Я ничего не знаю, — пробурчал он, хотя я ещё ничего не успел спросить.