В Россию с любовью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Девочки, не хочу. Устал от этих сказок. Там ведь одно и то же: везде одна Марья-царевна, супербогатырша, всех побивахом. Сказки под копирку. Давайте другое что-то почитаем?

— Что другое? Это же сказки! — нахмурилась Машка. — Они все такие.

— А про эту… Рапунцель? Красную шапочку? Белоснежку? — сделал я предположение.

— Это не наши сказки, — покачала Машка головой. — Но если надо — поищу, должны быть. Только уверен, что они будут лучше? — ехидно оскалилась она.

А вот тут в глаз, а не бровь. Если уж про царевну-лягушку так испоганили оригинал, то Белоснежка уж точно лучше не будет. Да и Красная Шапочка — даже боюсь представить, что нас ждёт на её страницах.

— А ты знаес длугие сказки? — оживилась мелкая. — Не такие?

— Знаю, — кивнул я.

— Ласскази! — запрыгала она.

— Легко! Как только игрушки телепортируются на своё место — так сразу!

И вот мы сидели на ковре (не знаю почему, но мне было удобнее рассказывать сидя на полу рядом с её кроватью, а она лежала выше и рассматривала через плечо картинки), с пристроившейся рядом с Ксюшей Машкой. Я, сломавший голову, что бы такое замутить, чтобы не выглядело чем-то эдаким, решил не мучиться и пустить процесс на самотёк, рассказав то, что просилось первым.

— Далеко-далеко отсюда… В Америке, в Луизиане, — быстро локализовал я местность под здешние реалии, — в крае под названием Канзас, жила-была девочка Элли. Она была дочерью фермеров-переселенцев с юга, пришедших сюда распахивать степь и сеять хлеб, и жили они небогато. Настолько небогато, что у них даже домика не было — только старый фургон, с которого, чтоб не уехал, сняли колёса. В нём они и жили, и спали. Отец, Джон… Жуан… — в здешнем Канзасе жили французы, немного испанцев, а вот англоговорящих совсем чуть-чуть, — … весь день работал в поле, а мать, Анна, хлопотала по хозяйству.

— Отец в поле? — удивилась Машка. — Кто его туда выпустил?

— Они были ОЧЕНЬ бедные! — привёл я самый серьёзный аргумент, и других придумать не мог. Только это может заставить мужчин работать, а не хлопотать по хозяйству. — Там вообще без вариантов.

— А других зён отцу мама не взяла? — спросила Ксюша. — Она зе пелвая, да?

— Конечно, первая. И пока единственная. Не успела, наверное, — пожал я плечами.

Машка задумчиво покачала головой. Такая картина в её голове не укладывалась.

— Наверное, они так сильно любили друг друга, что им никто не был нужен? — предложила она свою версию… Которая вдруг чётко встала в картину мира. — Элли же уже много лет?

— Примерно восемь. — Я и не помнил, сколько лет Элли, надеюсь, попал. — Да, наверное, любовь — сложная штука. Хоть иногда и не практичная. Но на то она и любовь. И родители очень любили друг друга, и свою пока единственную дочурку…

— … Рядом с ними жил старый Рольф, который вырезал игрушки из дерева, которые раздавал окрестным детям. А ещё близнецы с соседней фермы по имени Дик и Боб.

— Аж два мальчика! — удивлённо воскликнула Машка.

— Ну близнецы же! — Я ей подмигнул. — Чего далеко ходить, у нас пример близнецов в этой комнате.

Заулыбалась.

— Элли часто ходила в гости к ним на ферму, и…

После картины жизни в серых и скучных, но любимых и близких героям степях Канзаса, шла история про злую Гингему, наславшую ураган. Про то, как девочка Элли кинулась за пёсиком Тотошкой и оказалась в Волшебной стране, и что из этого вышло. Рассказывал я неспешно, уделяя внимание деталям — для правдоподобности. Быт и жизнь жевунов, которым тоже пришлось прописать матриархат. Диалоги со Страшилой — там есть к чему прицепиться. Людоед. И прочее прочее-прочее.

— А поцему она его не удалила фигулой? — спросила Ксюша, когда я дошёл до сцены с похищением.

— Так это ж волшебная страна! И людоед — тоже волшебник, пусть и не такой сильный, как Гингема и её сёстры. Иначе представь, как может человек стать таким огромным и сильным? Да его фигуры не берут просто! Во всяком случае, фигуры такой, как Элли.

— А-а-а-а… — Отмаз засчитан.

А саблезубые тигры оказались просто слишком огромными, потому и их фигуры не брали. Но моя Элли вдруг оказалась не настолько уж и беззащитной, и это… Практично, смею сказать! Мне даже такая Элли понравилась.

Так и продвигались, неспешно, смакуя, с деталями. И обеим девочкам нравилось — не оторвёшь. Первый вечер моего чтения служанка выгоняла меня буквально силой, пользуясь тем, что не подотчётна, она в другой вертикали подчинения. А утром Оля отчихвостила и обязала кровь из носа, но заканчивать в десять, и ни минутой позже.

— Классная сказка, — прошептала Машка после первого вечера с Волшебником Изумрудного города в новой редакции, шедшая со мной из спальни Ксюши в молчании и задумчивости. — Где ты такую читал? Я у нас её не помню. Но я вообще в детстве сказки не любила.