На миг я испугался, что это вырвет победу из моих рук, но тварь всё же издохла.
— Ты как? — спросил я у Мирта. Тот полулежал, прислонившись к стене. Я думал, что он уже мёртв, но оказалось не совсем.
— Жив… пока… — прохрипел парень. — Он меня траванул… да и тебя по идее.
Я глянул на таймер. Очередная точка смерти должна была наступить уже совсем скоро. Странно, откуда бы? Здесь только я и Мирт, который при всём желании даже не встанет.
Хотя…
Из плеча боевого товарища тянулся алый росток и распускались первые листья.
— Что, уже мутирую в эту дрянь? — улыбнулся он кровавой, но искренней улыбкой. — Чёрт, это был бешеный круг, но он того стоил.
— Много времени успел собрать?
— Не очень. Но с босса должно выпасть целое богатство, — напомнил Мирт. — Давай, забирай.
— Мы вместе его валили.
— Брось, я его сдерживал пару секунд, пока он меня не отшвырнул лозами, а ты тут самоубийственные геройства показываешь. Забирай! И приходи завтра. Ты нужен нам.
— Я подумаю.
— Обязательно подумай! — улыбнулся Мирт. — Мой контакт у тебя есть. Ты приносишь удачу.
Криво улыбнувшись, я шагнул в сторону главного растения в рваной одежде учёного. Россыпь чисел вокруг призывно сияла. Их было так много, что у меня от усталости даже счёт не работал. Я просто понял, что времени дохрена. Гораздо больше, чем я когда-либо собирал.
Протянув руку, я начал впитывать его в себя.
А затем, прозвучал выстрел.
Последнее, что я увидел — это лезущие с крыши люди в костюме спецназа.
Неспящие!
Грёбаные крысы!
18. Команда по спасению мира
Резкий подъём.
Вокруг была моя комната. Ставший уже привычным лёгкий беспорядок, открытое окно, впускающее холодный осенний ветер, запах сырости и плен тёплой постели.
Это ж надо — в самый последний момент! Да как так-то? Откуда они вообще, блин, взялись там?
Если они отобрали у меня моё время — точно запишусь в какие-то убийцы этих беспредельщиков и буду искать себе в городе снайперку.
Хотя, с ними нужно думать как бороться, в любом случае.
Неудивительно, что самая популярная внутренняя организация на сходке — это те, кто охотятся на эту мразь.
Никакое иное слово, чтобы называть крыс, убивающих после тяжёлого боя таким подлым способом, не приходило на ум.
Сделав над собой усилие, я покинул тёплый плен подушек и одеяла и принялся одеваться, глядя на параметры, старательно вырисованные на пыльном зеркале.
Глядя, замедляясь и постепенно замирая.
Сердце же, напротив, бросилось вскачь, а на лице сама собой выросла довольная улыбка сытого кота.