И чего так боялась Таня? Классические, с мутациями, были опасней. А здесь они не сильнее обычного больного человека. Наверное, дело в повышенной заразности.
Оборачиваюсь к Рите.
Чёрт!
По красивому лицу рыжей красавицы с нахальным видом и вздёрнутым аккуратным носиком прошлась сыпь с гнойными нарывами.
То, что девушка заражена — очевидно.
— Как самочувствие?
— Хреново, — призналась она. — Так заметно, да?
Посмотрелась в лужу.
— Хреново… — повторила она. — Значит, до следующего раза?
— Конечно. Не понимаю причину твоих переживаний.
— Это будет четвёртая моя смерть, Полярис. Я ещё не привыкла.
Пожалуй, есть между нами ещё одно большое различие. У меня и у Тени есть очень веская причина бороться за этот мир и набивать время. Для нас это не просто время жизни — это время жизни с теми, кого у нас отобрало безумие первого мира.
У нас есть МОТИВАЦИЯ!
Только так, большими буквами.
Граница города.
— Я не хочу умирать…
— Я помню. Успокойся. Это временная смерть. Угощу тебя кофе в следующей жизни.
— Ловлю на слове. Слушай… а сколько раз ты уже умирал?
— Девять.
— Ненамного больше. Как ты к этому привык? Никогда не думал — а что, если ты просто сошёл с ума, и на самом деле жизнь вокруг реальна, и смерть тоже будет окончательной?
— Только в самом начале. Мне есть ради чего жить.
— Ради чего?
— Ради близких, конечно. Имеет смысл бороться только ради своей семьи. И ради друзей, пожалуй.
— А ради себя?
— Пофиг… — сказал я и понял, что вру. В первую очередь самому себе. — Мы сражаемся в любом случае ради себя. Ведь быть с близкими — это моё желание.
Нас окатил прохладный осенний ветерок.
Последние дома остались позади. А впереди раскинулось то, ради чего мы сюда пришли.
То, что очень сложно будет описать. И теперь я понимал сомнения Риты.
— Ты видишь то же, что и я? — спросила она.
— Если ты видишь бесконечный туман, уходящий в аномальную темноту, то да.