— КУЛЬТИСТОВ⁈ — воскликнула девушка так что на нас стали оборачиватсья даже не смотря на то, что вокруг и так до сих пор горели машины и звучал вой сирен. — Это был мой родной мир!
— Ты же сама его недавно так называла.
— Да! То есть, да… но, все его тут так называют. А для меня это была целая жизнь, понимаешь⁈ Поэтому я и рада тебя увидеть! Хоть одно знакомое лицо!
Это называется «рада»? Я вообще уже не понимаю, что она несёт.
Кстати, как её звали…? Её я как-то записал в незначительную встречу на долгом пути и благополучно забыл, предполагая, что больше мы с ней не встретимся.
— Ты вроде меня убивать грозилась.
— Ну да. Но то за другое. Нельзя же человека вот так насильно из его среды вырывать! У меня была своя жизнь и своя картина мира, а не вот это вот всё! И вот теперь что мне делать? Я знаю, что до диплома художки не доживу. Да и никогда не доживала. Ни мужа, ни детей, ни «умерли в один день». Ты должен взять ответственность!
— Миша бы сказал, что не всё потеряно.
— А кто он? — оживилась девушка.
Ещё одна…
— Местный миллиардер, филантроп и химерная помесь змеи с лисой в теле человека.
— А-а, — понимающше потянула рыжая. — Я о своём боссе точно так же сказала бы. Только он не филан… вот это короче, нифига. А жадный ушлый утырок. А этот вроде золотые горы обещает? Он правда так щедр или чешет?
— Сам только нанялся. Отвечать могу только за платежеспособность. Шесть часов в день он действительно способен тебе обеспечить.
Сознание кольнула запоздалая мысль. А на кой чёрт он вообще её взял в группу?
Если Мирт сохранял хотя бы подобие отбора, хотя и тот едва ли не силком тащил сюда, то Михаил даже не скрываясь вербовал вообще всех подряд.
И почему при таких райских условиях у нас в «отделе» не десятки и сотни человек?
Почему желающие не стоят в очереди?
Моя вечная подозрительность снова даёт о себе знать…
— Как пережила лесной круг?
— Взяла канистру и подпаливала. Они медленные. И совсем не похожи на людей. Это было не сложно. Я так время и получила. И вот я здесь. Зови меня теперь Рита Смертоносная! Ха-ха! Да, я храбрюсь. Просто храбрюсь. Но мне до чёртиков страшно. Как хорошо, что я тебя знаю. Ты вроде не насильник и не маньяк. Но это не точно. Я вообще ни в чём уже не уверена.
Ага, Рита. Лучше ей не знать, что я забыл, как её зовут.
— Во имя всех богов, не тараторь! Ты же вроде бы нормально разговаривала на крыше.
Таймер отсчитывал уже последние минуты до кризиса. В последний момент я заметил ещё двух появившихся знакомых. Правда — по отдельности — я заметил их после разговора с Ритой.
Феликс сидел на лесенке у разбитой статуи. В телефон он уже не тупил, а стоял наготове. Правда, оружия в его руках я не наблюдал.
Вторая фигура долго быть не вооружённой не могла в принципе.
Девочка с топором вновь оправдала своё прозвище в моих глазах. Оружие в руках поменялось на профессиональный инструмент дровосека. Даже наклейка от фирмы-производителя, со штрихкодом, не была сорвана.
Она никого из нас не искала, а просто бродила между людей, изучая будущее место битвы. Левое плечо было перебинтовано, к тому же она хромала и в целом выглядела потрёпанной. Но на ограничения тела ей было плевать. Она заставляла его работать на полную, наплевав на ранения.
Нас они ещё не видели. Надо бы наверное собрать их вместе.
— Скоро начнётся, — сказал я и снова посмотрел на таймер. Теперь кризис наступал ровно в три часа дня.
— Откуда ты знаешь? — насторожилась Рита.