Рассказы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сели мы за завтрак, но каша не лезет мне в горло.

После завтрака отец надел сапоги. Я накинул свой зипунишко, нашел шапку, и мы отправились.

Отец идет впереди и все нравоучения мне читает, а я плетусь позади и только слезы глотаю, иду да хнычу да нос вытираю.

Подошли мы ближе к местечку. Я решил, что некрасиво так реветь: увидят люди и скажут: «Что это за пастушонок идет за отцовской спиной да мычит, как теленок!»

Вытер я еще раз рукавом нос, а полой — глаза и перестал плакать.

Вошли мы прямо в школу.

Отец поздоровался с учителем и сказал, что привел сына записывать в школу. Учитель спросил, кто я, откуда. Принял меня и в книгу записал.

Уходя, отец попросил учителя не жалеть меня и хорошенько драть с меня шкуру.

Остался я в школе, смотрю по сторонам, жду, когда и кто начнет меня драть.

Ребят собралось много, и больших и маленьких; они игрушки разные из карманов вытаскивают, показывают друг другу, меняются ими.

А у меня ничего нет, я от зависти только слюни глотаю. Потом решился и говорю им:

— Завтра и я тоже не с пустыми руками приду: у меня есть вырезанная из дерева трубка и дудочка из пера.

Ну, сейчас же перезнакомились мы с ребятами, завели игры.

Пришел учитель, ученики разбежались по местам, и меня рядом с другими посадили за парту.

Учитель на черной доске, что стояла напротив, начертил какой-то белый крючок. Такие же точно крючки он и нам велел в тетрадки переписывать, а сам ушел.

Сколько кто таких крючков понаставил, нас и не беспокоило: мы только хохотали, толкались да баловались.

Вечером возвратился я домой, собрал на завтра все свое имущество, чтобы не позабыть: дудочки, трубочки, ножичек. Рассовал все это по карманам и на следующий день в школу с собой потащил. Авось, думаю, я их на лучшее что-нибудь выменяю.

После урока учитель нас отпускал на перемену. Мы бегали по двору, по улице.

Вскоре я с учителем свыкся, вижу — никто меня не дерет. Учителя мы редко видели. Крючки в тетради мы все больше сами вычерчивали, кто сколько хотел.

Дома отец спрашивал меня:

— Ну, как с ученьем, нравится тебе в школе?

— Все очень хорошо, все очень нравится, — быстро отвечал я отцу.

Но вот в одно прекрасное утро отворяются школьные двери настежь и входит ксендз.

У меня в глазах помутилось. Все ребята в страхе разбежались по местам, стоят, как истуканы. Ксендз громадный, высокий, толстый, с черными волосами, и глаза черные, лицо красное, одежда до земли. Потом я узнал, что он всегда носил с собой за голенищем нагайку.

Шагнул он через порог, ни слова не вымолвил; уселся, обвел всех нас глазами, и начался урок.

— Старкус! Расскажи, когда ты готовишься к исповеди?

— Я... я... после ужина, когда поем и в кровать укладываюсь...

— Ах, так ты к исповеди в кровати лежа готовишься? Да еще и нажравшись, как свинья... Давай-ка лапу!

Схватил ксендз его за пальцы и по ладони линейкой — хлоп! хлоп! хлоп!