— Что? Как это? — с удивлением спросила она.
— Ты видела человека в чёрной маске?
— Да, он приходил ко мне.
— Это и есть твой учитель.
— Ты не можешь быть уверен, что это он, у тебя даже нет доказательств, — она повернулась ко мне спиной и сложила руки на груди.
— Меч — доказательство, включи его, — она это сделала, и он включился.
— А знаешь, почему он не включился, когда с тобой был этот человек? Потому что этот меч его, и он не может причинить вреда своему хозяину.
— С чего ты это взял?
— Сейчас клинок включен, прикоснись к лезвию, и тогда ты сама всё поймёшь.
Когда она сделала, как я сказал, и клинок действительно отключился на её глазах, читалось удивление.
— Не может быть, всё это время он был жив, — со слезами на глазах сказала она.
Я потихоньку встал и подошёл к ней.
— Он жив, но он теперь не тот, кем был раньше — тихо сказал я.
— И что мне теперь делать? — спросила она, повернувшись ко мне.
— Жить дальше и помнить его таким, каким он был.
— Спасибо за совет, — сказала она и обняла меня. Мы постояли минут пять, а после она отвела меня в медицинский комплекс.
Придя туда, мы увидели Сару, она стояла вместе с медиком, я подошёл к ней.
— Всё будет хорошо, — сказал я. После меня забрали медики.
Глава 23
Когда его забрали медики, я подошла к Эрике.
— Как ты? — спросила я ее.
— Нормально, — ответила она.
— Он рассказал тебе о твоем учителе?
— Так ты тоже знала? — с удивлением спросила она.
— Да, он рассказал мне об этом после того, как спас меня.
Она села на стул и сказала:
— Не могу поверить, что учитель перешел на темную сторону. Он был мне как отец — добрым, заботливым, никогда не гневался, когда я что-то натворила. Что же его изменило?
— Лишь Вселенная знает ответ на этот вопрос, — сказала я и села рядом, приобняв ее.
— Хотела бы я тогда спросить её, но не могу.
— Если бы мы умели с ней общаться, то всё было бы классно.