— Пристрели её
— Еще рано. Хочу изучить её повадки.
Он зашел в угол и потянул за цепочку от портьер.
— Слушай, — сказал он. — Прекращай эти разговоры про змей, пиявок и ящеров. Меня уже тошнит.
— Не волнуйся.
— Не волнуйся?! Да я там в баре чуть не умом не тронулся. Нас туда больше не пустят — особенно после того, что ты учинил у столика регистрации.
— А что я учинил?
— Мудила, я оставил тебя всего на три минуты! А ты запугал этих несчастных так, что они чуть не обосрались! Размахивал своим гребаным гарпуном и вопил про рептилий. Тебе повезло, что я вовремя вернулся. Они уже собирались вызвать полицию. Я сказал им, что ты просто напился и я отведу тебя в номер и поставлю под холодный душ. Журналистские пропуска они нам выдали только чтобы от тебя избавиться.
Он нервно ходил кругами по комнате.
— С этим приключением меня совсем отпустило! Мне нужны наркотики! Куда ты дел мескалин?
— В чемоданчике.
Он открыл чемоданчик и съел два катышка, а я включил диктофон.
— А тебе и одного хватит. Тебя еще кислота держит.
Я согласился.
— Нужно успеть на трассу до темноты. Но пока есть время посмотреть новости. Давай-ка порежем грейпфрут и сделаем отличный пунш. Можно добавить промокашку… а где машина?
— Мы её отдали кому-то на стоянке. Квиток у меня в портфеле.
— Какой у них номер? Позвоню, скажу, пусть отмоют как следует.
— Отличная мысль, — сказал он. Но квитанцию не нашел.
— Заебись, — сказал я. — Мы теперь ни за что не уговорим их отдать нам машину без документов.
Он задумался, потом снял трубку и попросил соединить его с гаражом.
— Это доктор Гонзо из восемьсот пятидесятого. Я тут потерял квитанцию на парковку от красного кабриолета, что я у вас оставил, но мне через полчаса будет нужна машина — чистая. Вы можете прислать дубликат?… Что?… Вот и отлично… — Он повесил трубку и взял гашишную трубочку. — Всё нормально, Тот тип запомнил меня в лицо.
— Здорово. Они, наверно уже приготовили к нашему приходу большую сеть.
Он покачал головой.
— Как твой адвокат, советую тебе обо мне не беспокоиться.
В теленовостях показывали вторжение в Лаос — череда жутких кадров: взрывы, искореженные руины, бегущие в ужасе люди, нелепое вранье пентагоновских генералов.
— Выключай эту хуйню! — завопил мой адвокат. — Поехали отсюда!
Мудрый ход. Сразу после того, как мы забрали машину, мой адвокат впал в наркотическую кому и, прежде, чем я вернул управление, успел проехать на красный на Главной улице. Я усадил его на пассажирское сидение и сам сел за руль… Чудесное ощущение бодрости. Вокруг меня люди разговаривали в машинах, и мне хотелось слушать их разговоры. Все разговоры. Но выносной микрофон лежал в багажнике, и я решил его не доставать. Лас-Вегас не тот город, где можно разъезжать по главной улице, целясь в людей черным прибором, похожим на базуку.
Радио погромче. Погромче магнитофон. Любуемся закатом впереди. Опустить стекла и вдыхать прохладный бриз пустыни. О да! Вот оно. Полный контроль. Катаемся субботним вечером по главной улице Лас-Вегаса, два старых приятеля на огненно-красном кабриолете… укуренные, бухие, обдолбанные… Хорошие люди.
О Боже! Что за мерзкая музыка?
«Боевой гимн лейтенанта Кэлли»: