Воспитание воли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Значение приобретенных навыков чрезвычайно велико не только в ремеслах и искусствах, но и в повседневной жизни. Навыки определяют поведение человека, его отношение к семье и согражданам, к исполнению работы и использованию досуга. Поэтому так важно с самых ранних лет направлять волю на трудовой образ жизни, на благожелательное отношение к людям, на сознательное соблюдение законов общежития, порядка, гигиены. При долгом упражнении воли в этом именно направлении человек становится, в силу привычки, хорошим работником, сознательным гражданином.

Но усвоенные привычки и навыки всё же не превращают нормального, мыслящего человека в автомата, раба привычки, неспособного к новым навыкам и преобразованиям. Сознание и воля, освобожденные от непрерывного участия в каждой детали действия, сохраняют, однако, общий контроль за действием или поступком, внося необходимые изменения, например, ускоряя или замедляя темп работы, вводя в нее разные усовершенствования и потребные поправки, приспособляя поступки и поведение человека к новым требованиям жизни и окружающей среды.

Таким образом, благодаря готовому механизму рефлексов, инстинктивных действий и заученных навыков, волевая энергия освобождается от излишнего расходования и почти всецело может быть направлена на сознательную деятельность.

Прежде чем перейти к воспитанию воли, остановимся немного на отклонениях воли от нормы.

Из различных расстройств волевой энергии наиболее распространенным является слабоволие, достигающее в редких случаях своего предела — полного безволия.

Слабость воли в огромном большинстве случаев — врожденный недостаток душевного склада, который у отдельных людей проявляется различно. У одних эта слабость сказывается лишь отсутствием самостоятельности, стойкости, определенности в личных вкусах и стремлениях; такие люди отличаются чрезвычайной уступчивостью чужому влиянию, послушностью чужой воле, внушаемостью в широком смысле слова. У других слабоволие состоит главным образом в нерешительности, отсутствии инициативы, предприимчивости. Падение волевой энергии может, наконец. доходить до полной апатии, т. е. до тупого безразличия к окружающему и к собственному «я».

По слабоволие может быть и временным проявлением нервно-психического заболевания. В отличие от врожденной слабости воли, эту разновидность можно назвать приобретенным слабоволием. Оно наблюдается при разных душевных болезнях, а также при так называемых психоневрозах или «функциональных» неврозах: истерии, неврастении, неврозе навязчивых состояний (психастении).

Мы уже говорили, что воля не есть простое, целостное проявление психики; волевой акт — сложный процесс ответа или реакции человека на внешние воздействия или внутренние переживания. Поэтому слабоволие и безволие могут зависеть от слабости или отсутствия (дефективности) одного из слагаемых, одной из составных частей того психического процесса, который в целом носит название волевого акта или произвольного действия.

Так, слабоволие или безволие может быть следствием слабости или полного притупления чувствований, когда человеку «все равно», когда он не способен ни желать приятного, ни противиться неприятному. Такое душевное безразличие и носит название апатии. Такая глубокая апатия может наблюдаться в моменты сильного горя или отчаяния («у человека руки опустились»), она встречается иногда при тяжелой неврастении и истерии, а также у душевно-больных в состоянии меланхолии, угнетения. При слабости и отсутствии чувствований нет мотивов, нет внутренних побуждений к действованию.

В других случаях парализованность воли зависит преимущественно от трудности выбора между различными мотивами, от неспособности принять определенное решение, от обилия сомнений. Эта форма слабоволия встречается нередко у так называемых дегенератов, т. е. людей ненормального душевного склада, потомков нервных или психических больных, у суб'ектов мнительных, одержимых мучительными и неотвязными сомнениями. Существует даже особый вид навязчивых состояний, именуемый «бредом сомнений»; хотя у таких больных налицо ясное самосознание, и считать их невменяемыми, другими словами — помешанными, нельзя, однако, они ни к какой последовательной волевой деятельности не способны.

Наконец, безволие или слабоволие у некоторых об'ясняется неспособностью совершить, выполнить принятое решение. План осуществления решенного ясен, имеется и целевое представление, т. е. в уме рисуется, что в конце концов нужно сделать, чтоб достигнуть цели, но нет сил, выдержки довести волевое решение до конца, а подчас не хватает даже энергии, чтобы приступить к исполнению. Это люди типа гончаровского Обломова. Активное проявление воли у них тормозится опасением затруднений, нежеланием выйти из своего полусонного, пассивного состояния; кроме того такие люди часто отличаются забывчивостью, рассеянностью, отвлекаемостью, каковые недостатки, разумеется, тоже мешают планомерному проявлению воли. Конечно, при этой форме слабоволия наблюдается одновременно и слабость мотивов (чувствований) и вялость при выборе способов действия. Вообще говоря, в жизни нет такого строгого разграничения типов безволия и вообще психической дефективности; большинство случаев являются сложными, смешанными, лишь с некоторым преобладанием одного определенного недостатка над прочими.

Существуют, однако, отклонения воли, аномалии воли, совершенно иного, почти противоположного рода: встречаются люди, которые, на первый взгляд, кажутся необыкновенно энергичными и настойчивыми: одни порывисто, безудержно приводят в исполнение свои желания и решения, не считаясь ни с чем; другие, приняв то или иное решение, с необыкновенной цепкостью держатся за него и настаивают на его осуществлении даже тогда, когда для всякого беспристрастного наблюдателя ясно, что решение надо изменить, что от исполнения намерения необходимо отказаться.

Люди цервой категории страдают, как выражаются психиатры, импульсивностью, т.-е. неудержимой наклонностью к немедленному исполнению своих порывов, подчас совершенно необдуманных, часто нецелесообразных, иногда вредных, даже опасных не только для других людей, но даже для того, кто действует под влиянием такого порыва. Сюда относятся люди вспыльчивые, несдержанные, так называемые «горячие головы», о них говорят «не человек, а порох». Импульсивность не всегда опасна, не всегда связана с насилием над другими, иногда импульсивные люди способны так же очертя голову и на добрые порывы, но действия их большею частью непланомерны и редко дают хорошие результаты. Импульсивные люди — в действительности тоже слабовольные, даже моментами вполне безвольные автоматы, действующие почти бессознательно под влиянием инстинктивного влечения, мимолетной идеи, внезапной вспышки чувства. Их недостаток — неспособность к самообладанию, к управлению собою, т.-е. своим поведением, поступками. Этот дефект воли основан на неумении взвешивать мотивы за и против, обдумать цель действия и его последствия; у этих людей мотивы (побуждения) слишком односторонни, чувства, вызываемые мотивами, слишком сильны и бурны, целевое представление неясно, самоконтроль отсутствует. От вспыльчивости и импульсивности можно освободиться постепенно, работая над собою и стараясь постоянно следить за своими влечениями, чувствами, настроениями; при этом следует приучить себя не действовать без предварительного обдумывания последствий. Отвлечение внимания — один из наилучших способов борьбы со вспыльчивостью. «Прежде чем рассердиться, сосчитай до десяти; прежде чем ударить, сосчитай до ста», учил один древний мудрец.

Люди второй категории страдают упрямством, каковое свойство они сами нередко считают за силу воли и настойчивость. Они в этом глубоко ошибаются: упрямство — признак своеобразной дефективности воли, именно неспособности спокойно и всесторонне обдумывать собственные мотивы и чужие доводы; эта слабость критической оценки обычно связана с бессилием изменить решение, с какой-то тупой неповоротливостью ума (мнимая настойчивость). Зачастую упрямец полусознательно чувствует свое слабоволие и судорожно цепляется за раз принятое решение, боясь уступить, чтоб не подпасть под чужое влияние, чтоб не стать окончательно безвольным. В других случаях, упрямые люди, чувствуя себя в глубине души слабовольными, настаивают на своем из страха показаться слабыми в глазах других. Если суб'екты импульсивные нередко опасны, — люди упрямые зачастую несносны для окружающих, а подчас смешны и жалки. Отучиться от упрямства хотя и возможно, но очень трудно, так как, эта аномалия воли отчасти связана с какой-то неправильностью суждения, с ослаблением самокритики. Но все же, при искреннем желании исправиться, настойчивое самовоспитание может дать и в данном случае очень заметные результаты.

Укрепление воли или воспитание, развитие воли должно состоять в выработке способности принимать волевые решения и выполнять их. Предметом, об'ектом укрепления воли может быть другой человек, это будет делом воспитания или педагогики; но человек может направить свои усилия на развитие собственной воли, это будет главной задачей самовоспитания, которое сводится к перевоспитанию своего «я».

Для усиления воли были предложены различные пути. Предлагалось упражнять волю вообще, на подобие упражнения мускулов или развития памяти: т.-е. задавать воспитаннику (или себе самому) разные задачи, начиная с простых и легких, и, настаивая на их точном и быстром выполнении, переходить к более трудным заданиям. Но чтобы проделывать такие упражнения, требуется уже наличность воли; впрочем, этот способ имеет свою хорошую сторону, приучая к исполнительности и пунктуальности, т.-е. к точному осуществлению решенного.

Другой метод — действовать на волю через чувство. Создать такое настроение, привести такие мотивы, чтобы явилось желание к волевому акту, чтобы осуществление было бы приятно человеку, доставляло бы ему удовольствие, давало бы радостное удовлетворение.

Третий метод исходит из утверждения, что всякая мысль, всякая идея есть сила; а потому, если ярко представить себе цель действия, т.-е. создать отчетливое целевое представление, то неминуемо наступит и желание, даже потребность действовать.

Опыты психологов и педагогов показали, что волевое решение и выполнение его, т.-е. волевое действие, успешнее всего достигается возбуждением соответствующих чувствований. Для этого необходимо, чтобы мотивы, внутренние побуждения для волевого решения были такими ценностями, осуществление которых давало бы либо чувство прямого удовольствия, либо чувство удовлетворения, вследствие устранения возможной неприятности. Такими ценными мотивами являются, например, при действиях, направленных на питание, — приятный вкус или возможность насыщения, при разных других действиях — легкость выполнения, желание сделать приятное другому, ответить услугой на услугу, или желание поступить так, как ты всегда поступаешь, быть последовательным, проявить стойкость, неизменность своего поведения. Разумеется, все, что для человека приятно или до очевидности выгодно и потому привлекательно, может служить непосредственным мотивом действия.

Мотивы по качеству можно разделить на низшие или элементарные и на высшие. Так, вкусная еда, удовлетворение простой потребности — мотив элементарный. Забота о здоровье вообще, о линии поведения, о мнении и интересах коллектива — мотивы высшие. Само собой понятно, что развивать силу воли надо при помощи мотивов высшего порядка; элементарные мотивы и без нашего усилия приведут к действию; нередко, наоборот, приходится тормозить, подавлять элементарные мотивы во имя торжества мотивов высших. Чтобы мотивы высшего порядка являлись побудителями к волевым актам, нужно эти мотивы связать с приятными чувствованиями, например, слить их с представлением о пользе для нашей будущности, об уважении сограждан в случае осуществления мотива и тому подобное. Чтобы воздействовать на волю коллектива, на массовую психологию, руководители стараются связать высшие мотивы с возбуждением приятных элементарных чувствований (музыка, красивые плакаты, декорации, цветы на торжественных собраниях, митингах и т. п.). Ценность, привлекательность мотива сама собою меняется в связи с возрастом, полом, вкусами того человека или коллектива, на волю которого желательно воздействовать, и с этим приходится считаться.

При самовоспитании каждый должен выяснить себе, какие мотивы для него наиболее привлекательны и убедительны (честолюбие, беззаботная будущность, сохранение хороших отношений с близкими или коллективом и т. п.), а затем, при необходимости решать и действовать, человек должен связать данное решение с наиболее ценными для него мотивами, и тогда уже побудить себя к волевому акту будет нетрудно.

При выработке воли не для отдельного действия, а так сказать для постоянного проявления ее в течение всей жизни возникают два вопроса: 1) какие мотивы (побуждения) способны сохранить привлекательность и заставлять человека действовать в продолжение ряда лет, несмотря на изменение вкусов, условий внешней среды, на видоизменение всех воззрений человека в связи с возрастом, 2) как заставить эти мотивы возникать в нужную минуту в будущем?

Если бы удалось найти точный ответ на эти вопросы, то тем самым была бы разрешена одна из главных, может быть, даже самая главная задача воспитания.

Путем приучения с ранних лет приобретаются некоторые добрые навыки, которые способны потом всю жизнь направлять волю на определенные действия. Для этого следует воспитаннику или — при самовоспитании — самому себе старательно, притом повторно раз'яснять пользу от определенного образа действия, внушать необходимость определенного поведения. Так, например, можно развить вкус и наклонность, а стало быть и волю к чистоплотности, к поддержанию порядка в вещах, книгах, бумагах, к сдержанности и самообладанию при личных сношениях, деловых и приятельских, к решительности, к спокойной обдуманности при публичных выступлениях и тому подобное. Постоянное упражнение в выполнении подобных заданий создает привычку, и чем она глубже укореняется, тем меньше волевой энергии приходится затрачивать в каждом отдельном случае.

Необходимо установить для человека несколько постоянных мотивов в качестве твердых правил, принципов на всю жизнь. Такие руководящие принципы можно уподобить руслу или рельсам, по которым, почти без сопротивления, волевое решение перейдет в соответствующее действие в каждом данном случае. Подобными руководящими мотивами являются чувство долга, добросовестность и исполнительность, верность слову и вообще правдивость, мужество при отстаивании своего мнения, разумная готовность признать свои ошибки и т. д. Перечисленные принципы, сами по себе очень ценные, приобретают особенную силу и действенность, когда они связаны в систему, т. е. входят в состав миросозерцания, политической «платформы» или — выражаясь широко — программы жизни (например, служение человечеству на началах истинного равенства и справедливости, строительство новой жизни, всемирное братство трудящихся и тому подобное).

Итак, чтобы выработать в себе человека воли, необходима, как мы подробно раз'яснили, наличность побудительных мотивов, как лично для человека важных, так и общественно-ценных (мотивов высшего порядка). Но одних мотивов для волевого действия мало: нужно еще развить в себе (или в воспитаннике) технику успешного выполнения волевых решений. Тут следует руководствоваться несколькими основными правилами:

1) Всецело отдаваться намеченному действию (выполнению решения), ничем не отвлекаясь и отодвигая в сторону все прочее.

2) Не откладывать исполнения решенного; быстрота здесь имеет огромное значение.

3) Не смущаться препятствиями, не бояться их, брать их приступом или планомерно обходить.

4) Быть готовым на жертвы и необходимые страдания: выполнение волевого акта может сопровождаться разными неприятностями; на это надо итти, раз решение принято.