"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хельга еще не решила, чему верить, а от этого зависело ее новое положение в мире. Нужно скорее вернуться в Видимирь. Тогда она хотя бы будет знать, где правда.

Подавленный страх, скрытая растерянность побуждали ее мысленно искать помощи, но гордость напоминала: ты не девочка, ты взрослая замужняя женщина, тебе целых восемнадцать лет! Ты высокого рода, ты обучалась у мудрейших женщин Гардов – Снефрид и Сванхейд, ты справишься!

– Ну, смотри!

Их лошади уже стояли поблизости – Тихоня и Естанай успели их оседлать и привести, прежде чем на Хельгу напали. Эскиль сам подсадил ее в седло и отошел, оглядывая ее снизу.

– Ты просто Фрейя! – воскликнул он, радуясь не столько красоте самой Хельги, сколько своей удаче, которую знаменовала эта красота и богатство ее наряда.

Варяги вокруг одобрительно засмеялись.

– А где здесь святилище? – спросил Эскиль, придерживая лошадь Хельги.

– Святилище? Да вот оно! – Хельга показала на камень. – Под этим камнем живет огромный змей и выходит, если ему приносят жертву.

– И все? – Эскиль еще раз оглядел камень, на лице его отразилось разочарование.

– А вы чего хотели?

– Ну, в святилищах обычно бывают боги в золотых гривнах и прочие сокровища.

– Пф! Может, это у бьярмов. Здесь есть один каменный бог, он стоит в лесу и похож на… – Хельга запнулась, не зная, как говорить о подобном в окружении чужих мужчин, – на то, чем по праву гордится Фрейр, но на нем точно нет золотой гривны, клянусь Всеотцом!

Помедлив мгновение, варяги дружно заржали – догадались, о чем она, и вообразили «гордость Фрейра», украшенную золотой гривной.

– Ну ладно! – Эскиль, тоже смеясь, похлопал Хельгу по ноге. – Поверим тебе. Правда, я и так на богов не в обиде – я уже раздобыл себе сокровище!

Он сжал ногу Хельги выше щиколотки, и она догадалась: он говорит о ней. Ее задело то, что Эскиль так уверенно причисляет ее к своей добыче, и еще сильнее захотелось поскорее вернуться в Видимирь.

Все казалось, это какой-то обман, и стоит ей попасть в город, там все окажется как всегда…

Сев на своего коня, Эскиль подмигнул ей:

– Твоя твердость духа достойна лучших жен древности! Я восхищен.

– Надеюсь, я сумею вести себя достойно моего рода! – Хельга надменно выпрямилась.

Но сердце екнуло: вот еще один ясный намек, что ей понадобится твердость духа, достойная Сигню, Брюнхильд, Свавы и прочих жен-валькирий из древних сказаний.

– Пусть твой человек едет вперед и показывает дорогу. Мы впервые забрались так далеко на восток.

Хельга послала Тихоню вперед – она и сама была не уверена, что найдет отсюда правильный путь обратно к Видимирю. Отряд тронулся по грязным дорогам через лес, мимо озер, мимо выпасов. По большей части приходилось ехать цепочкой, но там, где ширина тропы позволяла, Эскиль держался рядом с Хельгой. То и дело он окидывал ее пристальным взглядом с ног до головы, от башмаков, слегка промокших, до белого покрывала на голове. Наверное, она тоже показалась ему изменившейся, но в его серых глазах ясно читались одобрение и радость. Хельгу эта его радость скорее тревожила: он смотрел на нее, как на… как на приготовленное для него роскошное блюдо, как на некое сокровище, чья ценность послужит ему и он уверен в своем праве.

Молодой хирдман вез позади себя тетку Тихомилу. Та, весьма дородная, неловко сидела на крупе лошади, цепляясь за одежду варяга – выбранного для этой задачи за легкий вес, чтобы не перетрудить кобылу. Вид Тихомилы яснее слов убеждал: что-то случилось, что-то очень нехорошее. Ее полное лицо было заплаканно и растерянно, на Хельгу она бросала такие же дикие взгляды, как те жители Людогощей на поляне возле камня. В наряде ее стало больше белого, но Хельга еще не умела определять степень «печали»[281] в платьях славянских жен.

– Почему здесь эта женщина?

– Мы взяли ее показать дорогу. Она рассказала нам, где ты. Сначала я думал, будто жена Видимара – та другая, постарше, но она побежала к другому – которого убили еще в лесу. Я спросил, где жена молодого хёвдинга – люди сказали, ее нет, она уехала в святилище. Мы сперва ждали, а потом парни сказали, надо посмотреть, что за святилище и нет ли там чего хорошего. Женщины просили отдать им тела, но я сказал, что отдам только настоящей хозяйке – то есть тебе. И тогда она сказала, что покажет, где ты.

Хельга сглотнула, крепче вцепилась в поводья. «Которого убили еще в лесу»… Еще в лесу? «Отдать тела»… Эскиль говорил об этом так обыденно… но эти слова находились в пугающем соответствии с видом тетки Тихомилы… с речами тех людей на поляне. Тогда эти речи показались Хельге безумными, но теперь все прочнее проникала в душу уверенность, что они сказали правду… Впервые разум допустил, что Несвет и Видимир могут быть мертвы – обдало холодом, замерло дыхание. А до Видимиря еще два пеших роздыха, и Хельга упорно отгоняла от себя эти мысли, опасаясь утратить власть над собой и свалиться с лошади. Скоро она будет знать все… Жажда этого знания боролась с невольным желанием отодвинуть его… таким сильным, что тянуло придержать лошадь.

– От города что-нибудь осталось? – спросила Хельга так небрежно, как будто речь шла о городе где-нибудь в Серкланде.

– Да он цел, – ответил Эскиль, будто его винили незаслуженно в чем-то дурном.

– Цел? А я слышала – разорили, сожгли…

– Зачем нам его жечь? Мы месяц под крышей не спали! С тех пор как ушли из Сюрнеса. Но мы заранее сговорились: если я одолею – нам сдают город. А не сдали бы – это бы не помогло. Мы в Грикланде не такие города брали! Ты бы их видела! Одна Гераклея…

[281] «Печаль» – траур, причем траур в одежде имел разные степени, в зависимости от давности утраты и близости родства с покойным.