– Не причитай ты раньше времени! – опять окоротил ее Несвет. – Сама беды накличешь.
– Южнее Мсты, на озерах, ведь тоже словене живут, – сказал Видимир. – До самой Двины. И если эти, что в Забитицах, через них прошли… Может, там уже разорили все.
– Три десятка человек? – удивилась Хельга.
– Может, их не три десятка, – буркнул Безгода.
– Но может, они на земли Хольмгарда нацелились, а южнее Мсты оттуда по дань не ходят.
Люди опять заговорили все разом: может, мол, по весне Сверкеру своих людей кормить нечем, вот и послал на разбой, а может, и правда мстит за что… Хельга пробралась к Видимиру, и он взял ее за руку.
– И что же дальше? – шепнула она ему. – Они уйдут обратно на юг?
– Леший их знает. У отца же сестра там живет, тетка Невзора. Он хочет ехать смотреть, как они там.
– Не ездил бы ты нынче, – убеждал Несвета еще кто-то из мужчин. – Охота была – в чужой сваре битым оказаться.
– Их мало, тремя десятками на Холм-город они не пойдут, – убеждал другой. – Пограбят, лари и закрома повыгребут, скотину какую забьют, какую с собой увезут, девок и баб того…
– А если полон заберут? – отвечал Несвет. – По Мсте наверх уйдут, там на озера, гонись за ними! Не могу ж я позволить, чтобы мою сестру, зятя, сестричей в полон к смолянам увели! Мать мне не простит!
– Мать, оно да, – закивали старики.
– Сестры детей без помощи покинуть не годится…
– Ох ты, горемычная наша матушка! Не в добрый час ты нас породила, недоброй долей наделила…
– Да гляди, сам не попади в ощип!
– Может, они там вырезали всех подчистую… – пробурчал Безгода.
Хельга было встревожилась за госпожу Сванхейд – ведь разорению подверглись ее владения. Вернее, владения Ингвара конунга, но он в Киеве и на все лето останется там: от Хедина она знала, что нынче летом Ингвар ждет возвращения послов. Люди Романа цесаря и знатные кияне должны вернуться и привезти ему утвержденный Романом договор, чтобы Ингвар тоже его утвердил и принес клятвы. Для Мерямаа это хорошо: до следующей зимы Эйрик мог не ждать столкновения с Ингваром. Но вот, похоже, и смоляне решили воспользоваться случаем, пока князь киевский не может вести дружину на север. Случись настоящая война, встречать врагов придется Тородду и Логи.
Но нет. Несколько десятков человек – слишком мало, чтобы посягать на Хольмгард. Несвет прав: налетчики возьмут в Забитицах, что сумеют, и отправятся по Мсте восвояси. Родичей мужа, живущих в Забитицах, Хельга никогда не видела, но понимала, что он не может остаться равнодушным к их беде. А здесь, в городцах и весях из нескольких дворов, дружина русинов, хорошо вооруженных и опытных, представляла собой грозную силу. Хорошо, что Видимирь отделен от Забитиц двумя дневными переходами сухопутных дорог, а по воде и по волокам – еще больше. Разбойники могут решиться, не встречая сопротивления, пройти еще несколько переходов вниз по Мсте, но здесь, за волоком, их можно не опасаться.
– Как бы не пришлось выкуп платить… – пробормотал Видимир. – Если тетку Невзору в полон взяли, да с детьми… Дорого они нам обойдутся.
– А коли самим налететь за тех русин в полон взять! – Молодец по прозванию Сокольник обернулся и подмигнул. – Пусть потом Сверчок ваш выкуп платит, сами еще в прибыли останемся!
Что сейчас происходит в Забитицах, вестник рассказать не мог: он, один из пастухов, чудом успел схватить лошадь и уйти, когда из-за рощи вдруг вырвалась целая толпа вооруженных людей. Кто уцелел, кто убит, кто в полоне, кто еще сумел ускользнуть – он не знал. Второй пастух, его товарищ, уехал на запад, к словенским весям в той стороне, чтобы они готовились постоять за себя.
Проспорили до темноты, но в итоге решили: Несвет соберет охочих людей, поедет с ними к Забитицам, а там посмотрит: может, удастся встретить словенскую дружину с закатной стороны, и тогда, буде надобность, попытается освободить полон и покарать налетчиков.
Плохие из нас прорицатели, думала Хельга, отправившись наконец вместе с Видимиром к себе в избу. Эйрик и Арнор ждали, что зимой им придется отбиваться от Ингвара, а может, от его братьев из Хольмгарда. На этот случай они, соглашаясь на свадьбу Хельги, взяли с Несвета клятву выступить на их стороне, закрыть проход через волок и немедленно послать им весть при малейшей тревоге. Кто же мог предугадать, что опасность придет не с запада, а с юга, и не для Мерямаа, а для владений самого Хольмгарда!
Выехал Несвет через день. С ним отправилось почти два десятка молодцев и отроков – благо с севом закончили почти все. Сам Несвет и еще человек пять были верхом, остальные пешком. Шли путем волока – то вдоль речек и озер, то по тропе через лес. Через топкие места были настланы широкие гати, и Несвет ежегодно следил за тем, чтобы вовремя менять подгнившие или разбитые бревна. К вечеру успели в погост посреди пути, рано утром тронулись дальше.
Чужие люди не нашли бы дороги, петлявшей между бесчисленными реками, речками, ручьями, озерами, озерцами и болотами, что раскинулись между Видимирем близ Песи и Забитицким погостом на Мсте. Большая часть дороги до Забитиц осталась позади, и лесные тропы слились с путем волка: здесь в водном пути был очередной разрыв. Сокольник, ехавший впереди основного отряда, придержал коня на опушке мелкого сосняка и спешно вернулся назад.
– Стой, боярин! – вполголоса воскликнул он, размахивая плетью. – Вороги-то наши там!
– Где?
Несвет подался к нему, пешие торопливо столпились вокруг их коней.
– Да вон они идут! – Сокольник показал плетью вдоль тропы вперед. – С десяток видел, пешцы все. В нашу сторону подались, гадюки!
– А ну-ка давай… – Несвет быстро огляделся. – Вон туда! В ельник. Сядем, как пройдут – обстреляем. Только тихо!