— Меня не посвящали в детали.
«Неужели Регалия Золотого Короля, которую применял Сахраджудж? Хотя, скорее, техники-копии Регалии Золотого Короля, вроде той, что была у главаря фанатиков… Джамал его звали, точно. Но неужели это настолько важно, чтобы гнать людей в Великую Пустыню? Как много вообще можно найти? И сколько людей можно потерять?», — размышлял о ситуации Ливий. То, что делало «Единство», казалось пустой тратой времени и сил. Сама работа в Великой Пустыне — это невероятно опасно, пусть Волк и встретил отряд Далахуса почти на самой окраине.
— Как давно вы этим занимаетесь?
Перед тем, как ответить, Далахус на мгновение поколебался. Страх немного отступил, и техники, защищающие командира отряда от разбалтывания секретов, пришли в действие.
Ливий отреагировал моментально. Волна Воли Подавления прокатилась по разуму Далахуса, и командир Внешнего Корпуса утратил возможность говорить секунд на десять.
— Как давно вы этим занимаетесь? — повторил вопрос Ливий.
— Моя группа — три года. Мы идем обратно, через неделю нас расформируют.
— Сколько этим занимались до вас?
— Я не знаю. Глава экспедиции находится здесь уже тридцать лет.
«Тридцать лет! Они занимаются этим целых тридцать лет!», — удивленно подумал Ливий. Дело становилось все страннее и страннее.
— Сколько групп работает в Великой Пустыне?
— Двенадцать. Мы возвращаемся последними.
— Где глава экспедиции?
— В лагере. В том направлении, если идти не сворачивая, — показал рукой Далахус.
Ливий оставил командира отряда наедине и подошел к верблюдам. Убрав ткань с одного, Волк начал осматривать груз.
«Ничего интересного. Рисунки, которые почти выцвели, выбитые на пластинах схемы. Довольно примитивные знания, которые вряд ли кому-то пригодятся», — думал Ливий. Даже пытаясь уловить хоть какую-то связь между артефактами, Волк не мог найти ничего особенного. Для жителей Централа, которые давно шагнули вперед в развитии боевых искусств, эти знания вымерших фанатиков были мусором.
— Вы убьете меня?
Ливий не убил людей Далахуса, просто лишил их сознания. Не из-за добродетельности, а потому что ему не хотелось этого делать. Вопрос Далахуса поставил Волка в тупик. Если люди командира отряда не видели Ливия и не слышали разговор, то оставлять в живых Далахуса было бы ошибкой.
— Почему я должен отпустить тебя? — спросил Волк прямо. — Вы, Внешний Корпус, то еще сборище ублюдков.
— Я всего лишь застрял в этом богами забытом месте, копаясь в песке.
— Как много людей ты убил?
— Много, — ответил Далахус и попытался пожать плечами, но не смог этого сделать.
«Да уж, нашел какой вопрос задать», — подумал Ливий. Он бы ответил на этот вопрос точно так же. Путь идущего — это путь убийств, и редко бывает иначе.
— Как много детей и женщин? Из не-идущих?
— Примерно двести. Детей немного, тридцать или около того. А беременных считать за двоих?
— Ясно.
Через мгновение Далахус упал на землю замертво. Ливий просто остановил ему сердце, прикоснувшись ладонью.
— Испортил настроение. Ладно, остальных все равно не трону. А то, что в повозке — уничтожу. Не знаю, зачем оно им надо, но не стоит оставлять «Единству» то, в чем оно нуждается, верно?
Через минуту Ливий уже двигался в указанном Далахусом направлении. Их отряд был последним, экспедиция сворачивалась, а значит, и выполнять просьбу огненного гиганта больше не было смысла — ситуация разрешилась сама. Но Ливий хотел поговорить с начальником экспедиции лично.
Великая Пустыня заканчивалась. Под ногами все еще был песок, но то опасное место, переполненное огромными скорпионами, осталось позади. Теперь это была самая обычная пустыня.