– О, это новые пожертвования? Я к ним неравнодушна, обожаю покопаться первой. – И она направилась прямиком к прилавку.
– Не трогай! – остановила ее Фиона. – Мне ее передали на хранение. Кстати, забыла написать имя. – Найдя рядом с кассой маркер, она написала сверху коробки имя «Мэри», дату и крупно «Не трогать».
– Ну хотя бы одним глазком? – Сью была также неравнодушна и к выгодным сделкам и не выносила мысли о том, что может упустить что-то интересное.
– Это пожертвования скорбящего, – шепотом ответила ей Фиона, убирая коробку под прилавок.
– А, поняла. Справедливо. – Сью дошла до кладовки и поставила чайник.
Обладающий слухом как у летучей мыши, Корзинщик тут же спросил:
– Пожертвование скорбящего? Что это, во имя Диккенса, такое?
К счастью, отвечать Фионе не пришлось: звякнул колокольчик, и внутрь нетвердым шагом вошла Дэйзи в своем привычном длинном платье, поверх которого она надела шерстяное пальто. На голове у нее была шляпа с широкими полями, и густая копна кудряшек торчала из-под нее во все стороны.
– Простите, я опоздала.
– Я сама только пришла, – успокоила ее Сью. – Мне нравится твой наряд – я неравнодушна к таким пальто. Ты выглядишь как Люси, тетя Паддингтона.
Дэйзи, обожавшая все милое и хорошенькое, покраснела от удовольствия:
– О, спасибо!
– Хочешь чашечку чая? – предложила Неравнодушная Сью.
– Не откажусь. – Дэйзи села рядом с Корзинщиком.
– Ну как, тебе достаточно холодно? – спросил он второй раз за сегодня.
– Э-э, не поняла вопроса, – простодушно ответила Дэйзи.
– Ну это такое выражение. Знаешь, как «курочка по зернышку клюет».
– Не знаю, что значит ни то ни другое.
– Вряд ли кто-то знает, – громко отозвалась Сью из кладовой, где закипал чайник.
– Это означает, что из множества мелочей может получиться нечто большое. Кажется, это из древнескандинавского[2].
– Как «Купи дешевле – продай дороже», – объявил Корзинщик. – Это мой девиз в торговле.
«Был бы, если б ты что-нибудь на самом деле продал», – подумала про себя Фиона.
Сью принесла заварочный чайник в толстой вязаной грелке и поставила в центр стола:
– Дадим ему немного настояться.
Дэйзи потерла руки, предвкушая самое яркое событие дня:
– Итак, какой сегодня торт? Ведь была твоя очередь, да?
– О да. Совсем забыла. – Неравнодушная Сью вытащила пакет и нырнула в него. Собравшиеся за столом наклонились: им не терпелось увидеть, какой торт выбрала Сью. Покопавшись, их подруга подняла в руках небольшой прямоугольный предмет: – Та-да! – И положила его на тарелку посередине стола.
Лица всех разочарованно вытянулись.
– О, – произнес Корзинщик, не скрывая своего разочарования.
– Что это? – спросила Фиона.
[2] В оригинале пословица звучит как ‘many a mickle makes a muckle’.