Про то, что на нее положил глаз Миньковский, Глеб тоже знал. Мэтр опасный сукин сын, мог пустить пыль ей в глаза. От одного осознания этого его вымораживало.
- С личным? – она снова улыбнулась, но теперь изменился взгляд, в нем появились искры. – Две новости. С какой начать?
Он внезапно напрягся, ощущая, как в груди ворочается что-то опасное. Потому и сказал:
- Начните с плохой.
- Ну, - женщина опустила глаза и повела бровями. – Наш НИИ продают. Сотрудников переводят.
У Глеба сжалось сердце.
- А вы? - он склонил голову набок.
Женщина улыбнулась, глядя куда-то вглубь себя:
- Я останусь до конца.
Он вдруг застыл, понимая, что трудно дышать. Потом проговорил прокашлявшись:
- А хорошая новость?
- О, хорошая новость в том, - она подалась вперед и сказала, понизив голос. – Что мы встряли в «революцию».
- Что? – у него полезли на лоб глаза.
И тут официант принес заказ.
Пришлось ждать, пока тот сгрузит все и отойдет. Еле дождался и наконец спросил:
- Кто – мы? Какую революцию? Куда встряли?
Наталья искренне расхохоталась:
- Ну и лицо у вас, Глеб Борисович!
Потом покачала головой и честно призналась:
- Через месяц здесь, в Питере, будет большая художественная выставка. Мы с Прохором Лядовым решили участвовать. Я впервые под своим именем, волнуюсь ужасно.
А он как-то разом почувствовал, что его отпускает.
- Через месяц? – уточнил, уже мысленно перекраивая свои планы. – Буду обязательно!
Сказал это и принялся наконец сосредоточенно пилить свой стейк. Только попробовал и тут же застыл, глядя в тарелку.
- Что? – покосилась она него Наталья.
А он на нее. И выдал:
- Лучше бы тоже лапшу с креветками взял. Потому что вот это вот… Пересушили, млин!
Но она уже смеялась, прикрыв лицо рукой. Глеб смеялся тоже, потом махнул рукой.
- Раз начал, теперь надо съесть.
Ната подумала, что Захар, не тот прежний, прежний вообще мог железо переваривать, тот, кем он стал теперь, никогда не пошел бы вот так в непроверенное «народное» кафе. Он бы пошел в дорогой пафосный ресторан, отвалил кучу денег. Ибо это статусность.
Но ведь жить без вечной поправки на статус, на самом деле, интереснее. Когда ты не знаешь заранее, что тебе выпадет, но у тебя есть выбор. Выбор и фактор неопределенности делают ощущения острее, а жизнь ярче.