Смотрелся он хорошо, подтянутый, бодрый, плечи развернуты, серебристая бородка аккуратно подстрижена, ясный с искорками взгляд. Если бы не палочка…
Наталья улыбнулась и тихонько сказала:
- Вообще-то, я тут по делу, но это пока секрет.
Хотела перевести взгляд на Прохора и вдруг увидела, что к ним приближаются Захар под ручку с Ксенией Иварцевой.
глава 11
Захар терпеть не мог подобные сборища, не ходил на них отродясь. Чувствовал себя в этой среде некомфортно. Вся эта богемная жизнь ассоциировалась у него с деклассированными элементами. Кому вообще нужна живопись, когда есть фотография и нейросети?
Странные люди, застрявшие в прошлом веке, занимающиеся ерундой, вместо того чтобы найти себе настоящее дело. Все эти, с позволения сказать, произведения искусства, галерея ужасов доморощенная. Он испытывал от соприкосновения с этим миром чувство неловкости. Испанский стыд. Вроде сам не замарался ничем, а все равно. И стремился абстрагироваться от всего.
Он бы и сейчас не пошел, но Ксения достаточно внятно объяснила, что на подобных выставках можно встретить нужных людей и завязать деловые знакомства.
- К тому же, это часть имиджа, а имидж надо поддерживать, - сказала она ему с улыбкой. – Нужно не просто соответствовать, а быть всегда на шаг впереди, задавать моду. В этом и состоит моя работа.
Ладно, тут он был согласен. Работа Ксении важна, ее связи тоже. И да, возможность завязать неформальные знакомства в деловой среде, тоже имела значение.
Его удивило количество журналистов и представителей СМИ, зато Ксения чувствовала себя здесь как рыба в воде. Ей улыбались, с ней здоровались, а она уверенно двигалась в этой толпе и продолжала говорить ему:
- В этот раз выставляется Миньковский, насколько мне известно, он тут представит несколько новых работ. Это самый популярный художник на данный момент, покупать у него модно. В его клиентах самые известные люди, нам надо засветиться. И целесообразно было бы тоже что-нибудь у него купить.
- Хорошо, - проговорил он, рассеянно глядя на развешанные по стенам картины.
Для него все это сливалось в какое-то грязноватое коричнево-серое пятно, но одна картина неожиданно привлекла его внимание. Изображенное на ней показалось чем-то знакомым. Красноватый закатный пейзаж вызывал пронзительные эмоции. Там было еще несколько картин, он отметил про себя и выполненный крупными мазками портрет девушки, тоже какой-то… Цеплял чем-то.
У экспозиции вертелся ущербный тип с красным носом, Захар подумал, наверное, его художества.
И тут он заметил в сторонке Наталью.
В тот момент он бывшую жену прибить был готов. Все-таки влезла в это дерьмо. Отиралась там, как… А рядом с ней какой-то богатенький старпер. С палочкой, бл***! Его чуть не вывернуло. Хотелось подойти к ней, тряхнуть хорошенько и сказать:
«Что, промышляешь по калекам теперь?! Богатенького папика нашла? Позорище».
Он прошел мимо, даже не взглянув на нее.
Поговорить с бывшей женой он собирался после.
***
Вот уж просто как страшный сон. Меньше всего Ната ожидала увидеть здесь бывшего мужа. Казалось, он просто уничтожит ее глазами, она отвела взгляд и застыла. Но к счастью, здороваться не пришлось, улыбающаяся Ксения тянула Захара вперед.
Уверенная, яркая. Почему-то проскочила ассоциация с ядовитой бабочкой. Прохор Ладов попытался заговорить с ней, но та едва кивнула ему и направилась вперед, туда, где уже собралась толпа у картин Миньковского.
- Кто это? – спросил вдруг Глеб, пристально глядя им вслед.
Наталья оглянулась.
- Это известная блогерша, Ксения Иварцева.
А Глеб отмахнулся:
- Я не про нее, меня не интересуют блогеры.
- Этот мужчина, - проговорил прищурившись. - Кто он? Я недавно здесь, еще не всех знаю. Мне показалось, вы знакомы?
Что Наталье было ответить? «Это мой бывший муж, с которым я только что развелась»? Да, когда Глеб в прошлый раз подвозил ее, она обмолвилась, что в разводе. Но тогда была полная анонимность. Много чего можно рассказать случайному попутчику, зная, что вы никогда больше не встретитесь. Теперь все внезапно стало личным и конкретным.