- Да, - недовольно так, еще и рявкнул: - Ну что, просрался?! Разул глаза? Делать что собираешься?
Как Захар ненавидел эту манеру Сергея Проничева разговаривать с ним как с холуем. Но сейчас его даже не задевало. Отец еще что-то говорил, он перебил.
- Я развожусь.
На том конце на секунду повисло молчание, потом отец процедил со злостью:
- Не пори горячку. Если бы эта твоя деревянная не встряла, все было бы нормально. Ксенька бы не вляпалась.
- Ксенька бы не вляпалась?! – теперь уже рявкнул Захар.
- Конечно, это ведь твоя Наталья там, как шлюха подзаборная. Бессовестная тварь, показала нутро свое бл*дское.
Все. Наступил предел. Захлестнула ледяная ярость. Столько лет одно и то же слышать. Столько лет вынуждать себя подчиняться и, в конце концов, пропитаться этой грязью, наполниться под самую завязку, сроднился с этим. Но не сейчас.
- Еще одно слово о моей бывшей жене…
Он говорил тихо и раздельно, но, видимо, что-то такое в его голосе отец услышал, что осекся разом.
- Я развожусь с Ксенией, - повторил Захар.
- Ты хорошо подумал? Да ладно, хрен с ним, попало что-то в сеть, можно замять…
- А под двести миллионов за неуплату налогов ты тоже замнешь? – бросил он жестко.
Столько лет на него давили - выгони Наталью, она позорит нас. Пляяяя, как его накрывало сейчас. Потому что вот он где, позор! Вот он где, мать его. И это только начало. Судя по тому, как Ксюша пыталась его шантажировать, выльются еще тонны дерьма. Плевать.
- Что?..
Слышно было, как выругался отец, что-то с шумом упало, потом отдаленный голос матери.
- Что там, Сережа? Что ты крушишь?
- Да подожди ты! – рявкнул отец ей в ответ, звук доносился приглушенно, видимо, закрывал ладонью гаджет.
И тут же снова, только уже громко:
- Постой, погоди, Захар! Что это за лажа? Погоди, надо разобраться, с дурной-то головы на здоровую не надо! Кто это тебе напел, твоя деревянная? Нашел кого слушать!
Ничего не менялось.
Он усмехнулся в трубку, едко, зло:
- С больной головы на здоровую, говоришь? Так вы же хотели «нормальную» невестку? Всю жизнь мозги мне трахали. Я привел. Ты сам первый был все себя от радости, папа. Огонь-девка, умеет деньги зарабатывать.
Только отца этим было не пронять. В его картине мира было только его мнение. Правильное.
- Умеет, да! – взорвался криком Проничев-старший. – Да, бл***, бабки не с неба валятся. Это тебе не в архиве ж*пой место протирать! Делать деньги - это уметь надо! Налоги, говоришь? Обдираловка для дураков. Все равно деньги уйдут в чей-то карман, так нахрен это надо? Это ты у нас чистоплюй, а умные люди понимают, что и как. И ловчатся.
Захару показалось, на него дохнуло вонью девяностых. Ссаниной дикого рынка. Ларьки, крышевание, рейдерские захваты. Наверное, он всегда подспудно понимал, но никогда всерьез не задумывался над тем, откуда деньги взялись у отца. Просто были и были, он так привык. А оно вот как.
- Ловчатся, говоришь? – сказал он. – Вот и Ксения пусть ловчится. Только без меня.
- Эй! Подожди! – отец вскинулся. – Ты чего? Нельзя допустить, чтобы это все выплыло, нас же всех замажет. Надо как-то замять. Захар!
Он отрезал:
- А мне плевать. Тебе надо – ты и разбирайся.