Но когда вошел и увидел, как она мило общается с молодым мужиком, купившим у нее ЭТУ картину, его на минуту накрыло ступором. В тот момент в душе перевернулось многое. Страшно, с болью, как будто вырвало невосполнимый кусок из его прошлого. Он молча развернулся и ушел оттуда.
***
В итоге, день, который начался так ужасно, закончился неожиданно хорошо.
Продалось многое, Прошины картины, но в основном влет ушли ее картины из серии «Подарок» и яркая жизнерадостная гжель.
К вечеру они были слегка обалдевшие. Теперь их уже называли открытием выставки, пошли другие отзывы. Прохор в блаженно-амебной эйфории смотрел новостные каналы, шерстил комментарии. И даже не напился. Ему было хорошо без этого.
А Наталью здорово смущало, что не приехал Глеб. И не звонил весь день.
Она прождала до половины восьмого. Потом все-таки собралась и поехала на встречу с этим Марьиным.
Такси ждало у выхода. Наталья села в машину, оглядевшись еще раз, так, на всякий случай. Таксист молча тронул машину и не спеша двинулся по улице. А ей тревожно, не хочется уезжать, надеялась, что Глеб все-таки подъедет. Но машина уже плавно влилась в поток.
Она еще раз зачем-то проверила телефон, потом спрятала в сумку, отрешенно уставилась в окно и задумалась. Что-то негромко трещало радио, что-то показывал навигатор, все как-то шло мимо.
И вдруг.
- Приехали, девушка.
Она внезапно очнулась, не веря, что так быстро. Но да, действительно.
- Просто одностороннее движение, пришлось сделать кружок, - продолжал водитель, вроде как оправдываясь. – А так тут идти медленным шагом пять минут.
А ведь, правда, сначала от волнения Наталья не присмотрелась, но адрес, что назвал ей Марьин, был совсем рядом с их отелем.
- Спасибо, - проговорила она, выбираясь из такси.
Действительно, практически перейти на другую сторону улицы и свернуть за угол. Просто голова в тот момент была занята другим, она слишком нервничала.
Впрочем, она и сейчас нервничала.
И может, не поехала бы на эту встречу, но Прохор все уши прожужжал, мол, надо налаживать контакты, может, что-то по делу предложат. Она уже поняла, что в их творческом тандеме роль представителя и контактера пожизненно принадлежит ей. Потому что у Проши душа нежная и ранимая, а у нее нервы как канаты.
Если бы.
Она вдохнула поглубже и вошла в уютный холл ресторана. По времени выходило почти точно, она не опоздала, а даже пришла на пару минут раньше. Удивительно было, что этот молодой мужчина встречал ее здесь, а не за столиком в зале.
Стоял, скрестив руки на груди, уверенный, привлекательный, стильный. Чуть усмехнулся, взглянув на часы в холле.
- А вы точны.
Наталья предпочла никак не отвечать на эту реплику, просто кивнула:
- Добрый вечер, Даниил.
Он смерил ее странным прищуренным взглядом. И отметил, как бы про себя:
- Прекрасно выглядите, Наталья.
Наверное, от молодого, успешного мужчины это можно было расценить как комплимент? Только она знала, что выглядит, как обычно. Одета просто, неярко, косметики никакой, всей красоты – только бледность от усталости. Но все же выдавила подобие улыбки:
- Благодарю.
- Прошу, - проговорил он, показывая жестом в сторону зала. И не спеша, уверенно пошел рядом.
В этом было что-то неуловимо знакомое, промелькнуло, царапнув изнутри, и сразу растаяло. Она невольно оглянулась. И тут же прозвучало: