— Они повторят. Однако собравшиеся, в системе силы слишком велики для простого ксеноформирующего заражения. Они наверняка поняли, что терраформирующие бактерии, уцелевшие в первом нападении, должны были выработать повышенный иммунитет, — отозвался Боло. — Кроме того, противник получил уникальную возможность сэкономить на использовании силы.
— Какую еще возможность?
— Эту войну, — объяснил Боло. — Зафиксировано ожидаемое приближение новой волны бомбардировщиков. Атака через десять... девять...
— Поразительно! — воскликнул генерал Маркс, наблюдая аэровидеосъемку третьего бомбометания. — Он по-прежнему функционирует, — сказал он генералу Картье. — Боло выполз из кратера и продолжает движение.
— Он направляется к морю, генерал, — добавил майор Крюгер, — и войдет в него неподалеку от разлома Кразнетца.
— Хмм, надо постараться, чтобы он до него не добрался.
— 98 процентов попаданий были прямыми! — с гордостью и восхищением произнес генерал Слейтер.
— Возможно, мне стоит подготовить свои силы еще для одного удара? — предложил генерал Картье.
Маркс бросил взгляд на майора Крюгера, который лишь пожал плечами.
— Да, полагаю, эта идея не лишена мудрости, — ответил главнокомандующий Армии Баварии.
В здоровом ухе Рейнхардта гудело от непрекращающейся бомбежки. Пока его внутреннее ухо пыталось восстановиться от частых сотрясений, он едва сдерживал тошноту. Он ловил воздух ртом, почти что задыхаясь. Воздух сильно нагрелся. Чтобы услышать свой слова, приходилось прилагать неимоверные усилия.
— Боло, у нас нет ничего, что могло бы остановить бактериологическую атаку чужих.
— Это не так, — ответил Боло. — В первую очередь я намерен позаботиться именно об этом.
— У тебя есть решение?
— Да, — был ответ. — Луч когерентного света соответствующей длины волны способен разложить носитель вируса на химические элементы.
— Будь так добр, повтори все это простым языком!
— Я открою огонь из своего главного калибра по траектории полета их штурмовиков, загруженных биологическим оружием.
— Не забудь о корабле-матке, а то они вернутся снова.
— Именно это я и намерен сделать.
— А что ты намерен делать, чтобы они не уничтожили тебя заранее? — поинтересовался Рейнхардт. — Для них ты явно самая большая угроза.
— Вот почему я и хочу создать иллюзию своей гибели до начала штурма, — пояснил Боло. Экраны Рейнхардта переключились на изображение неба, и голос Боло объявил: — Приближается следующая штурмовая группа баварских самолетов.
— Погоди-ка! Ты ведь направляешься к разлому Кразнетца! Там же обрыв в километр глубиной!
— Я знаю, — ответил Боло. — Пристегните пожалуйста, ваши ремни.
— С ними все в порядке! — Рейнхардт подтвердил свои слова, крепко потянув за ремни. — Ты действительно считаешь, что мы переживем такое падение?
— Да, — просто ответил Боло. — Однако существует 40-процентная вероятность того, что я потеряю один или больше из имеющих право голоса процессоров.
— Что я могу сделать?
— Во-первых, одобрите предложенный мной план операции, —ответил Боло.
— Покажи мне еще раз звездную карту. — Красные точки вражеских кораблей стали еще ближе, их орбиты пересекали карту тонкими пламенными линиями. Рейнхардт тяжело вздохнул. — Ладно, я одобряю твой план.
— Во-вторых, мне необходимо ваше согласие в случае необходимости действовать в качестве решающего голоса.
— И что это значит?