Игорь наконец-то сел. Глаза он пока не открывал, пытаясь побороть тошноту, и как только справился с недугом, рискнул осмотреть помещение одним глазом. Марго продолжала лежать пластом справа, с закрытыми глазами. Квадрат обнаружился по левую руку, а Долбоёб — на корточках в углу у двери.
Сама камера ничего из себя не представляла, обычное квадратное помещение с бетонными стенами. В противоположном от мертвяка углу стояло ведро с крышкой, видимо, в качестве туалета. На каждой стене по шконке, тоже из бетона. На них как раз и расположились пленные. Никаких окон или других щелей, через которые можно посмотреть на мир снаружи.
Исходя из этого, Игорь сделал вывод, что они всё ещё находятся под землёй. А затем он уставился на Долбоёба.
— Ты ведь нас понимаешь, да? — спросил он. — Каждое наше слово?
Мертвяк молча кивнул.
— Тогда почему не говоришь? Ты ведь можешь произносить слова. Или тебе что-то мешает?
Долбоёб не ответил, продолжая смотреть на товарища мёртвыми глазами.
— Ты можешь попробовать изъясняться жестами, — предложил Кочетков. — Попробуй.
Снова тишина и никакого движения.
— Ладно, — вздохнул Игорь. — Я просто хотел понять, почему мы не умерли от твоих спор. Все, кто вдыхал хотя бы крохотную частичку зелёного дыма, — умирали. Но мы почему-то живы.
— Друг… — прошипел Долбоёб.
— Хочешь сказать, это тебе решать, кому жить, а кому нет?
— Друг… — снова повторил тот и спустя небольшую заминку добавил: — … ие.
— Мы другие?
Мертвяк кивнул.
— Но как так получилось? Из всего города, из ста с лишним тысяч, только мы трое? Это очень странно.
Долбоёб некоторое время молчал, а затем развёл руки в стороны и слегка ими покрутил.
— Хочешь сказать, что таких, как мы, много?
Снова кивок.
— Ясно, — вздохнул Кочетков. — Это плохо.
— С хуя ли? — спросила Марго.
— Мы заменимы.
— Завали ебало, — прошипел Долбоёб, поднялся с пола и отстранился от двери.
Вскоре и остальные услышали приближающиеся шаги. Квадрат застонал, тоже сел на шконке и уставился на дверь.
— Их трое, — вскоре произнёс он. — Все при оружии.
Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент распахнулось откидное оконце на двери, и внутрь заглянул какой-то мужик.
— Нормально, — убрав лицо от проёма, кому-то ответил он. — Все очнулись.
— Открывай, — послышался властный голос.
Лязгнул тяжёлый засов, и дверь распахнулась. На пороге, как и сказал Квадрат, стояли трое. Все одеты в военную форму, с автоматами на груди, и на этом всё. В том смысле, что на них не было ОЗК и противогазов, хотя они наверняка были в курсе о возможностях заключённых. Вот только почему-то не боялись.
Человек, что стоял посередине, шагнул в камеру и осмотрел пленных.